Люди снова спрашивали о сознании животных и так далее. Мне показалось интересным то, что, полагаю, обнаружили биологи: в природе симметрия всегда сигнализирует об опасности. Если разумное существо, животное, видит что-то симметричное, например глаза, хотя может и не узнать в них глаза, это означает, что оно находится в присутствии другой формы жизни. Оно находится в присутствии уязвимости. Я думаю, что гегелевский миф о господине и рабе нужно рассматривать именно в этом ключе. У вас есть два разумных существа. Они борются, причем борются за признание. Ладно, это тоже очень нагруженный и проблематичный термин, потому что признание означает признание в качестве человека, в качестве части человеческого рода. Раб становится рабом, поскольку сдается — сдается живым; его не убивают, иначе не было бы никакой борьбы между господином и рабом. Он «признает», что он раб, подчиненный, а господин тем самым добивается признания. Но, как говорит Гегель, это ироническая победа, ведь признание господина может исходить лишь от раба. Если раб не человек, то откуда у него право признавать господина? Какое удовлетворение может получить от этого господин? Раб знает, что такое человек, даже если сам он еще не может быть признан таковым.
Фанон подразумевает под искупительным насилием то, что эти отношения, однажды установленные, может разрушить только страх. Именно страх господина перед рабом и восстание раба заставляют господина внезапно признать бывшего раба человеком — признать за ним свободу, как сказали бы сартрианцы. За работами Сезера, как и за многими другими, стоит единственное успешное масштабное восстание рабов на Гаити. Существует замечательная книга вест-индского писателя С. Л. Р. Джеймса, долгое время жившего в этой стране, «Черные якобинцы», которая представляет собой классическое исследование победы рабов под предводительством Туссена-Лувертюра. Но то, как обыгрывает эту тему Сезер, тоже очень важно. Его работы содержат прообраз идеи искупительного насилия у Фанона. Искупительное насилие — это возможность войны за подлинное национальное освобождение от рабства. Это единственная в истории великая победа рабов над рабовладельцами, единственный высший успех этого искупительного насилия — до 1960-х годов, — направленного против господина, против колонизатора. Эти теории повторяют сартровские позиции.
Пожалуй, на сегодня всё, а в следующий раз мы постараемся перейти к структурализму, но если хотите, можем еще немного поговорить о сегодняшней проблематике.
2 февраля 2021
5. После освобождения (Сартр, Мерло-Понти, Бовуар, Фанон)