У меня со школы был неплохой прямой правый. Батя поставил — учил меня дома на лапах, плюс немного спарринговали, без лишнего травматизма. Не скажу, что я стал каким-то профессионалом в боксе или уличных драках. Просто имел минимальную базу и вполне мог за себя постоять. На протяжении моей достаточно долгой жизни это умение пригождалось многократно, спасибо бате.

Разумеется, в кулачном бою важны не только знания, но и мышечная память тела. Хотелось надеяться, что у Димы тоже имелись какие-то боевые навыки и более-менее поставленный удар. Но тут уж пока не проверишь — не узнаешь. Как бы там ни было, силы у парня — хоть отбавляй. Куда больше, чем у моего предыдущего, уже одряхлевшего, тела.

Я выбросил руку вперед, попытавшись вложить в удар не только силу, но и, в первую очередь, скорость. Однако сразу же почувствовал разницу — получилось недостаточно хлестко. Молодое тело Димы не было готово к настоящему боксу — движения казались мощными, но слишком скованными, зажатыми. Под такие удары хоть и нельзя подставляться, но уходить от них опытному бойцу не слишком трудно.

Вдобавок и Гришка оказался не лыком шит. Он сумел отклониться и сам ударил левой в ответ. Это был прямой короткий удар передней рукой, его называют джебом. Моё тело попыталось было дернуться, но мозг сработал правильнее. Я чуть нагнул голову, подставляя лоб под Гришкин «джеб».

У большинства людей, если это не боксёры, джебы — что комариные укусы. И по движениям Гришки уже вижу, что он в плане бокса того же поля ягода, что и мой Димон, и, похоже, все прочие местные молодцы. А лобная кость крепкая, выдюжит. Главное, не подставить ненароком челюсть. Вот если в подбородок прилетит — это всё, аут, выключайте свет.

Так и случилось. Мой лоб выдержал, а вот косточки ничем не замотанного кулака Гришки хрустнули. Вполне возможно, что он руку сломал. Правда, не выдал свой боли ни звуком, ни стоном, как и подобает настоящему казаку. Но я заметил, как побледнело его лицо.

Я обеспокоенно посмотрел на соперника и спросил:

— Драться дальше можешь?

— Я с тебя ещё шкуру спущу, — огрызнулся Григорий.

Он попытался сжать ушибленный кулак — и тут же скривился от боли. Я подскочил к нему, пытаясь хоть как-то помочь.

— Отстань! — крикнул противник и отступил на шаг.

— Руку ведь уже сломал, — предостерег я. — Может закончим на этом?

— Трусом никогда не был, — ответил мой соперник. — В бою тебе руку порубят — и что, к мамке побежишь?

Я молча покачал головой в ответ и снова поднял руки в защитной стойке. Но, видимо, излишне расслабился, окрыленный первым успехом. А Гришка начал кружить вокруг меня. И в какой-то миг изловчился — и почти достал меня здоровой рукой по печени. Пару сантиметров в сторону — и мог бы я сложиться, но повезло.