Я выругался и спрыгнул с Буряточки в воду. Шлёпнул её по крупу, посылая обратно на берег. Буряточка заржала и с радостью бросилась назад.
Перепуганные лошади Павла Ильича продолжали тянуть перекошенную телегу дальше. Я же пытался высмотреть, где всплывет наш непутёвый кашевар.
Голова Павла Ильича показалась метрах в десяти ниже по течению, а следом — здоровенная морда тайменя. Рыбина, кажется, узнала обидчика и, как злобный речной Моби Дик, не желала отпускать его с миром.
Выбора не было. И я рванул на помощь кашевару.
Течение несло меня в его сторону, но надо было успеть, пока рыбина не оглушила Павла Ильича и не утопила окончательно.
К счастью, таймень, ударив пару раз хвостом свою цель, ушёл на дно зализывать раны. Я добрался до того места, где в последний раз видел Павла Ильича. Но голова над водой больше не показывалась.
Набрав воздуха, я нырнул.
Безжалостная Селенга уносила тело Павла Ильича всё дальше. Но в глубине потока, не выталкивая его вверх.
Я поплыл под водой, но вскоре воздуха стало не хватать. Понимал: если всплыву, могу потерять его из виду, если не всплыву — хлебну воды и отправлюсь следом. И всё же решил рискнуть — терять товарища так глупо не хотелось.
Проплыл еще несколько метров. Легкие уже жгло огнем. Руки почти коснулись тела утопающего кашевара, когда перед глазами всё поплыло.
Я сделал последнее усилие, схватил Павла Ильича, притянул к себе… и тогда не выдержал. Вздохнул полной грудью, втянул ноздрями воздух, которого вокруг не было.
Глава 9
Я втянул ноздрями воду, но ничего страшного не произошло. Вдохнул еще раз, выдохнул. Изо рта спокойно вылетели пузырьки. Тогда я посмотрел на лежащего на моих руках Павла Ильича. Будучи без сознания, кашевар тоже спокойно дышал — его грудь ровно поднималась и опускалась. А что старик был без сознания, так это не потому, что он утоп. Просто приложился о придонный камень, вот ненадолго и выключился.
И тут до меня дошло, каким эффектом обладали щи на квасу.
Рассмеявшись и выпустив ещё больше пузырей, я потащил Павла Ильича к поверхности. Мы всплыли, и я быстро привёл кашевара в чувство. Он огляделся удивленно, но быстро смекнул, что к чему. Потом уже вместе доплыли до брода.
Телегу лошадки до берега дотащили благополучно. Правда, все наши припасы забрала Селенга. Мокрые до нитки, мы с Павлом Ильичом выбрались на берег и тут же упали, растянувшись на траве.
— Живые? — первым к нам подбежал Федор.
— Утопленники мы! Не видишь что ли? — улыбнулся я. — Сейчас отдохну, да утащу тебя на дно, к речной царевне свататься.
— Павел Ильич, а вы как?