— Я! — хором откликнулись все казаки разом.

Штабс-капитан довольно рассмеялся.

— Славно! Эй, урядник! Отбери двадцать человек со штуцерами. У кого ружья гладкоствольные и старые, пусть останутся в лагере. Жданов и Гордеев, отдохнули?

— Так точно, ваше благородие! — отозвались хором мы с Гришкой.

— Хорошо. Поведете отряд к тем узким участкам, о которых рассказывали. Засада, если будет, то где-то там.

Он махнул рукой, обращаясь ко всему строю:

— Свободны, казаки. Разойтись. Поешьте и потом те, кого отберет урядник, можете выступать.

Я последовал совету старшего по званию и первым делом решил подкрепился. Каша, которую на завтрак приготовил наш кашевар, оказалась не слишком питательной. Это была обычная ячка, причём переваренная. В миске попалась пара кусочков вареной морковки, да почти растекшееся колечко лука. Будь я на месте кашевара, хоть бы сала добавил. А лучше всего, мясного бульона.

Не в силах мириться с этим кулинарным кошмаром, я подошёл к нашему кашевару. Тот хмуро на меня поглядел и сказал:

— Мяса не положу, пятый уже ко мне подходит.

Мне пришлось обратиться к памяти настоящего Дмитрия Жданова, чтобы вспомнить имя кашевара. Это было похоже на попытку разбудить пьяного. Я словно почувствовал, как в моем черепе сонно шевелится кто-то и нехотя отвечает.

— Павел Ильич, а давайте я вас с завтрашнего дня подменю? Ну, коль живым вернусь с вылазки.

— Воровать что ли собрался? — еще сильнее нахмурился кашевар.

— Да чего сразу воровать-то! Просто помочь… Неужто отдохнуть не хотите?

Кашевар был немолод, лет под сорок уже.

Он прищурился с подозрением, словно стараясь разглядеть меня получше:

— Задумал место моё занять? Думаешь лучше сумеешь?

— Место ваше мне ни к чему. Но имею пару идей — хочу парней новой стряпней побаловать, когда вернемся.

— Побаловать… А то, что у нас припасы все посчитаны и на каждый день расписаны, тебе невдомёк?

Я вздохнул тяжко, состроив сочувственную рожу:

— Ну, дело хозяйское. Я помочь хотел.

Делая кашевару это предложение, я думал не только о том, насколько его каша невкусная. Дело было ещё и в том, что теперь я точно знал рецепт целебного бухлера. Если кого из наших вдруг ранят, знание это точно пригодится. Жаль только, что прямо сейчас ничего «волшебного» с собой в дорогу приготовить не сумею. Раз ещё не прошли полные сутки, то способность моя не «перезарядилась».

Я уже отошел на изрядное расстояние, как кашевар вдруг передумал.

— Эй, Дмитрий! — окликнул меня. — Ладно уж, Бог с тобой. Воротишься завтра — можешь сам приготовить.

— Спасибо, Павел Ильич, — улыбнулся я.