— К орудиям! — скомандовал наш капитан, выхватывая саблю. Четыре русские пушки скрипнули на талях, поворачиваясь в сторону вражеского судна. Силы были один к десяти. — Пли!

Но первым выстрелил неприятель. Залп британского фрегата разорвал туман в клочья. Воздух превратился в сплошной, оглушительный грохот.

Над нашими головами с демоническим воем пронеслись десятки ядер. Одно из них с хрустом перебило рею над моей головой, осыпав палубу градом острых щепок. Другое ударило в фальшборт, разнеся в пыль шлюпку и убив двух матросов. Мне на лицо попала их кровь.

— Таежники! По вантам! — перекрывая неразбериху, зарычал Гаврила Семенович. — Бить командиров! Задать им амурского свинца!

Стрелять из корабельных пушек мы не умели, но штуцера были с нами, а враг близко.

Я забросил оружие за спину и метнулся к пеньковым вантам грот-мачты. Сапоги скользили, пальцы цеплялись за смоленые веревки. Взлетев на марсовую площадку (широкий деревянный помост высоко над палубой), я рухнул на живот и упер тяжелый ствол Энфилда в край площадки.

Рядом со мной тяжело дыша, упал Гришка, пристраивая свой карабин. Федька и Иван Терентьев уже стреляли с палубы, укрывшись за обломками фальшборта.

С высоты палуба британского фрегата была как на ладони. Артиллерийские расчеты банниками забивали двойные заряды картечи в стволы пушек. Офицер в синем сюртуке размахивал палашом, командуя подготовкой ко второму залпу. Еще одного, более прицельного залпа, мы не переживем.

Стрелять надо спокойно: только я, мушка прицела и цель. Как при охоте на изюбря в тайге. Ствол смотрел на золотой эполет британского офицера. Медленный выдох. Спуск.

Отдача с силой ударила в плечо.

Офицер на вражеском фрегате дернул руками и кулем рухнул на палубу, уронив бесполезный палаш.

Сбоку грохнул выстрел Гришки — и английский пушкарь, подносивший горящий пальник к запалу перевалился через ствол орудия.

Амурские казаки сказали свое слово в бою. Штуцерные пули Минье обладали чудовищной пробивной силой на такой дистанции. С палубы нашей «Двины» раздавались дружные хлопки двадцати винтовок.

Англичане, собирающиеся потопить невезучую лодочку, внезапно столкнулись с убийственно точным снайперским огнем. Все, кто пытался подойти к пушкам верхней батареи, получал свинцовую пулю.

— Пали-и-и! — снизу раздался крик капитана.

Четыре пушки «Двины» рявкнули в ответ. Картечь ударила по палубе фрегата, сея смерть и панику в рядах британцев.

Я торопливо перезаряжал штуцер: надкусить патрон, засыпать порох в ствол, протолкнуть пулю шомполом, насадить медный капсюль.