Войска Санти-Дай вошли в город без единого выстрела из лука, даже без звука вынимаемых из ножен клинков. Они шагали по мостовой Орана ровным строем, и жители города, выглядывавшие из окон, видели лишь усталых солдат в серых плащах.

— Город наш, — негромко произнёс командир, когда они достигли центральной площади.

— Не «наш», — поправил его заместитель, чьи движения были слишком плавными для обычного смертного. — Он теперь часть «Объединённой Империи». Так говорит Малакор.

В ту ночь в Оране не было криков или пожаров. Лишь несколько офицеров гарнизона были приглашены на «совещание» к новоприбывшим коллегам, откуда они вернулись с рассказами о щедрости командиров отрядов Санти-Дай.

Железная Империя продолжала жить своей привычной жизнью. Крестьяне ждали обещанных семян без признаков чёрной гнили, купцы подсчитывали будущую прибыль от торговли с вампирами, а Сенат из недавно обращённых низших вампиров готовил торжественный акт объединения двух стран в единое союзное государство.

Империя Феррум больше не принадлежала людям. Хотя они об этом пока даже не догадывались.

* * *

Мэйлинь дали новую одежду и под присмотром четырёх орков позволили привести себя в порядок.

Когда вечером её привели ко мне в малый зал приёмов, то выглядела она уже как та самая жена императора, которую придворные привыкли видеть здесь, во дворце: красивая и изящная, с гордо поднятой головой и надменным взглядом.

— Я понимаю, зачем тебе был нужен этот спектакль у ворот, — произнесла она, — и у меня нет на тебя обиды за это. Мы всё ещё можем договориться.

— Возможно, — проговорил я и увидел, как её брови дёрнулись вверх. — Но для этого надо всё очень хорошо обсудить. Ведь я не питаю иллюзий относительно ваших устремлений. Мы все для вас всего лишь пища. Не так ли?

— Не пища, а источник жизни. И это совсем другое, — возразила она, покачав головой. — Мы можем быть полезны друг другу. Это называется симбиоз. Подобная система…

— Я знаю, что такое симбиоз, — усмехнулся я. — Мы вам кровь, вы нам долгую жизнь. И оба вроде бы зависим друг от друга. Но кто даст гарантию, что в вас вдруг не взыграют амбиции и добровольное сотрудничество не превратится в кровавое рабство? Ваши трэллы, дойные рабы, тоже могли быть для вас союзниками, но вы предназначили им другую участь.

— Тогда были другие времена, — пожала она плечами. — После угасания ветров Эфира в Санти-Дай возникла большая паника. У некоторых высших действительно возникало помутнение рассудка, и они принимались бесконтрольно убивать смертных ради крупиц Эфира. Кто-то захватывал рабов, пытаясь превратить их в дойное стадо. Феррум тогда плотно перекрыл границы, а у нас уже просто не было сил им противостоять. И мы ушли в сон. Но теперь выход есть. Ты можешь привнести мир в наши страны и сделать выгодным наше сосуществование. У всех рас есть свои особенности, история и культура. И не всегда они были усыпаны красивыми лепестками цветов. Но всё меняется.