— Я боюсь, — признался он так тихо, что слова едва долетели до неё. — Я боюсь, что этот Вихрь — не просто восстание степных дикарей. Это что-то иное. Что-то, чего мы пока не понимаем.

Мэйлинь медленно поднялась с софы, шелестя длинными юбками. Она подошла к мужу и обняла его сзади, прижавшись щекой к его спине.

— Ты — Сын Неба, Лун Вэй. И ты должен защитить свою империю. После твоего восшествия на престол народ ждёт, что ты докажешь всем, что ты император не только по крови, которую тебе передали предки, но и по своей сути. Собери войско, призови вассалов. Да, Астра-Абад потерян, но между ним и нашими землями лежит Пасть Бездны. Последний Оплот им не перейти, тем более если там будет стоять верная тебе армия.

Она помедлила, а затем добавила, понизив голос до шёпота:

— Но будь осторожен, мой господин. Вчера я гадала на куриных потрохах. Знамения были дурными. Желчь была чёрной, а печень — сухой, как ветер с севера.

Лун Вэй тяжело вздохнул, накрывая её руки своими ладонями.

— Знамения… Эти твои гадания всегда пугали меня больше, чем вражеские стрелы. Ладно. Завтра на рассвете я созову Великий Совет. Я объявлю сбор войск и выдвину легионы к границе.

Он обернулся к ней, и на его лице на мгновение промелькнула тень деловитой сосредоточенности, так не вязавшейся с недавними слезами.

— Кстати, главный евнух доложил мне сегодня: покои для моей новой невесты из Железной империи уже готовы. Севериан Флакк прислал подтверждение — кортеж прибудет уже через неделю.

Мэйлинь едва заметно вздрогнула. В её сердце кольнула ревность, но она подавила её — в политике Дайцина чувства были непозволительной роскошью.

— Брак с принцессой Феррума — это серьёзный шаг после сотен лет разногласий и войн между нами, — задумчиво произнесла она.

— Ну, формально, она не совсем принцесса, а всего лишь дочь их Главного магистра, — он провёл ладонью по щеке жены и усмехнулся.

— Ты надеешься на его помощь?

— Не просто надеюсь, — глаза императора сузились. — Этот союз — наш единственный шанс. Пасть Бездны Вихрю не преодолеть. Но и мы не можем вечно сидеть за стенами Последнего Оплота. Пехота Феррума в тяжёлых доспехах из звёздной стали, паровые двигатели с катапультами — единственное, что может устоять против эльфийских стрел и натиска орков на варгах. Если Флакк сдержит слово, мы не просто выдавим этот «Серебряный Вихрь» обратно в степь — мы там его развеем по ветру.

— Дай Единый, чтобы этот расчёт оказался верным, — вздохнула Мэйлинь, уводя его обратно к софе. — Но сегодня… сегодня просто будь моим Лун Вэем. Пусть пчела ещё немного поспит в лотосе, пока не взошёл Стяг и не настало время войны.