Он был живописным, светящимся в разных цветах от ламп и огней, а ещё от стремящихся вдаль по автостраде машин, что создавало потрясающую, особую атмосферу.

Всё это было когда-то на самом деле, как каждый новый день как новый мир.

Вечерние же часы были особенно мною любимы, светило заходило за горизонт, и небо окрашивалось в различные оттенки оранжевого и красного. Морская вода казалась притягательным изумрудом с отблесками золота: вдали можно было увидеть светящиеся огни кораблей, стоящих на рейде.

Высотки!

Всё было по-другому, нежели сейчас!

Мучительно осознавала, что ничего уже не удержит от полёта. Хотелось в ту квартиру.

В каком-то хаосе надевала последнюю модель, разработанную Ренатой: платьице в стиле супруги месье Бонапарта, которое смогла сама застегнуть поверх очень удобного бюстье.

Прогрессивно, нечего сказать!

Балетки, они скользнули на узкую ступню.

Глянула на себя в то самое зеркало. Задержалась. Оно будто пыталось меня остановить. За вырез волнующего декольте поглубже засунула медальон. Не решилась снять его.

Не хочу… думать иначе. Боялась тумана, который распространялся откуда-то изнутри, вытесняя память о годах, прожитых в этом столетии.

Вспомнился отец Настеньки и мои чувства к нему.

«— Ведь сейчас всё не так! Месье Вейлр, я не люблю его»!

Это открытие потрясло меня.

Оказывается, всё так просто, нужно только ему сказать об этом.

Весь дом спал.

Мне нужно иное!

Душа, она словно хотела отделиться от тела. Она ставила мне ультиматум: или с ней, или… нам не по пути.

Всё смешалось в сознании. Призрак звёздной спирали, он был рядом, дотронься только рукой. Я создавала его сама, мне хотелось выплеснуть всё накопившееся, он ускорился, послушно, как будто был существом мыслящим. Спеша по коридору к той картине, наблюдала как он, вращаясь в одном ему понятном направлении, затягивая и в то же время давая возможность выбора, искрился.

Мой медленный уход не нарушал баланса, я словно плела за собой сознанием след, по которому должна была вернуться.

«Я обязательно вернусь», — кричало всё во мне.

Исчезли запахи большого старинного дома, лёгкие насыщались озоном. Рука скользнула по шерсти огромной собаки.

Вдох!

Он обязательно закончится новым желанием дышать.

Уход, он всегда прекрасен. Будто скольжение миллиарда твоих частиц.

Оно нахлынуло! Так уже было не раз!

— Мамочка!!!

Я уже не слышала этого, не слышала шума от бежавших маленьких ножек по коридору и громкий плач.

Жажда полёта! И волны времени подхватили, словно нежданный порыв ветра качнул лодку на воде, перенося её сквозь границы существующего и открывая двери в такое далёкое…