Вспомнила ещё раз горничную, что бросилась мне в глаза, она разительно отличалась от других девушек. Побоялась взять в руки стакан с водой, что стоял на прикроватной тумбочке. С подозрением взглянула на шикарную, только что заправленную чистым бельём кровать.
Господи.
Но разве можно так жить? В вечном страхе, нужно просто принять решение.
Накинула домашнее платье и осторожно выглянула на площадку перед апартаментами. Неслышно выскользнула из своих комнат и на цыпочках прошла по коридору. Открыла следующие двери: небольшая комната, узкая кровать. Лепнина повсюду — и нежный голубоватый шёлк. Чья это комната? Бельё не застелено, но есть покрывало. Везде чистота. За мной пробралась Шеба. Она явно была неспокойна в чужой обстановке.
— Девочка моя, я посплю здесь, хорошо? А ты охраняй, лежать рядом. Как же закрывается эта дверь?
Мне не снились сны, я просто на просто исчезла из реальности, понимая, что пришло время принимать серьёзные решения. Но это уже точно после полноценного отдыха, когда в доме не останется чужих. А то, что их не останется, я была уверена.
Глава 28
Открыв глаза, я увидела дочь, сидящую напротив в кресле. У её ног расположилась Шеба — мадемуазель Рене застыла изваянием с книгой в уютной глубокой тахте возле окна. Она укрылась пледом и была весьма счастлива спокойным семейным уютом.
— Почему вы решили уснуть в этой комнате, мамочка?
В ответ, подложив руку под голову, я удобнее разместилась на спине. Мне нравилась эта комната с высокими потолками. В принципе, они были везде высокими, потолки, разумеется. Нравилась особенно кровать: совсем не широкая, не напоминающая мне каждое утро о моём одиночестве. Примерно, скажем так скромно двуспальная по меркам далёкого будущего. Её изголовье в форме ракушки уютно было драпировано красивым пологом, который держала наверху, под самым потолком, изящная корона. Каретная стяжка изголовья и тумбочка с красивой отделкой; пастушка из бронзы, держащая в ручках очень грациозно подставочку для свечи, она стояла в окружении овечек на тумбочке. Именно статуэтка отчего-то поднимала градус настроения, смотря, улыбаясь, прямо на меня.
— Почему в этой комнате? Наверное, в моём ответе, дорогая, вся наша жизнь. Возможно, я обрекла себя и тебя в том числе, на вечные переезды и скитания. Эту комнату никто не готовил специально для прибытия госпожи маркизы. Я не верю чужим.
— В этом нет ничего дурного. Это не скитания, назовём их путешествиями. Не попробуешь — не узнаешь, не узнаешь, значит, и не увидишь.
— Так не может дальше продолжаться. Я не верю, мне кажется, в этой жизни никому.