В принципе Лобань внутренне был готов именно к такому развитию событий. И поэтому отсутствие прогнозируемых им немедленных действий со стороны куратора откровенно удивляло.
— Видишь-ли, в чём дело, — прервал, наконец затянувшееся молчание Могин. — В силу некоторых причин информация о таких колдунах, как Татауров, является закрытой для магов твоего уровня. И я, следом за Магистром, считаю эту меру предосторожности вполне разумной — ни к чему пугать вас раньше времени. Помнишь, как говорится: многие знания — многие печали! Чтобы безболезненно совать свой нос в разные всякие интересные места, надо сначала дорасти до этого. А иначе этот самый длинный и любопытный нос просто-напросто оторвут. — Куратор с лёгкой ухмылкой погрозил Игорю пальцем и Лобань почувствовал, как у него горят от стыда уши. Это ж надо быть таким самонадеянным идиотом! В самом деле, ну почему он вдруг решил, что отцы-командиры не знают о существовании Татаурова и его истинном лице? Тот факт, что они не кричат об этом на каждом углу, ещё ни о чём не говорит — мало ли тайн скрыто в орденских сейфах?
— Вот возьмём, к примеру, твоего бывшего учителя, — неторопливо продолжал, между тем, Виктор Ильич и Лобань разом насторожился. — Явно переоценил свои возможности, и что в итоге? И сам погиб, и тебя подставил!
— О чём это вы? — угрюмо спросил Игорь. Обсуждение Учителя и обстоятельств его смерти в таком тоне, мягко говоря, не нравилось.
— Э, да ты никак обиделся? — Могин, казалось, непритворно изумился. — Неужто до сих пор не понял, что Татаурова во всей красе тыувидел только потому, что благодаря своему учителю и его экспериментам на одну такую ма-ахонькую ступенечку приподнялся. Всего на одну, но и её с лихвой хватило, чтобы ты оказался изгвазданным в дерьме по самую макушку! — закончил он свою мысль неожиданно жёстко. — Ладно, иди. Я подумаю над твоей проблемой. Да, и не забудь: сегодня в пять Магистр проводит занятие!
Полтора десятка наиболее опытных боевых магов-инструкторов вольготно расположились в просторной аудитории. Её ряды плавно поднимались вверх, охватывая полукругом преподавательскую кафедру. Совсем как в каком-нибудь обычном институте.
Вот только на вполне привычной для любого студента чёрной доске, занимавшей большую часть задней стены, были написаны не условия задач из курса общей физики, или уравнения матанализа, а формулы заклинаний и схемы проведения ритуалов.
Магистр Ордена, стоя на возвышении, вёл лекцию, попутно самым внимательнейшим образом наблюдая за тем, как ученики старательно конспектируют его слова. В наиболее сложных для понимания местах он обязательно останавливался, давая дополнительные пояснения.