Я терялась от дум о том, насколько мы в этом доме не защищены должным образом.

«— что мы сможем себе позволить купить в столице, на что жить после приобретения недвижимости»?

Стояла на пороге маленькой комнатушки, напрягаясь от правоты каждого слова, произнесённого в ночи сестрой.

— Я не останусь в этом доме без тебя, Рашель. Завтра мы вместе поедем в Париж.

Лунный свет проскальзывал через мутное оконце, обрисовывая контуры незнакомой комнаты. Она была чужой, но в ней будто витали чьи-то воспоминания.

Казалось, словно тенью скользил и прислушивался к нашим речам невидимый тот, кто жил в этом доме когда-то.

Улицы были полны жизни: — звуки голосов и цокот копыт о плоские булыжники в земле, были невидимым продолжением жилья приютившего нас. Всё это доносилось, витало недосказанностью и оставались вместе с нами. Моментально смешивалось с шёпотом Клэр, и он становился всё более настойчивым.

Понимала все её тревоги, миксовала их в коктейль со своими мыслями, и это не давало мне покоя.

— Хорошо, Клэр. Как же плохо мы знаем светский мир.

Она, будто не ожидая так просто согласия, напряжённо всматривалась в моё лицо.

— О чём ты думаешь Рашель?

— О многом, сестрица. О многом.

От её пытливого взора мне было не укрыться.

— Ты помнишь тот дом, в котором мы жили когда-то?

— Да. Рядом была река, а через неё я видела в окно большой собор.

Я помню звук колоколов: та — да-ам…

И так много раз. Красиво. Будто звонил большой главный колокол, а ангелы слетались и шумели крылышками ему в унисон.

— Да? Клэр. Завтра утром мы действительно уедем все вместе из этого городка. Мы не расстанемся.

— Что ты задумала Рашель?

— Пока ещё ничего, моя старшая любимая сестра.

Мы прижимались друг к другу, разместившись на узкой деревянной кровати, давно ушедшей за грань, хозяйки дома. Вдыхали запах сена и ещё чего-то непривычного. Кутались в тёплые пледы, что прихватили с собой из замка, и старались уснуть, понимая, что это очень нужно сделать.

«— завтра мне предстоит принять очень важное решение».

«— от него зависит многое».

* * *

В какой-то момент мне показалось, что городские ворота никогда не откроются. Это утро, полное тревог, я не забуду никогда. Казалось, наши соседи по дому, поселилась у нас с Клэр в комнате и безостановочно шептались всю ночь о том, что восставшие сожгли жилые кварталы в соседнем городке.

Сестра не спала.

— Мне кажется, сейчас появиться матушка Фабьенн и погонит нас на берег.

— Это призраки прошлого. Успокойся… Постарайся уснуть. Хорошо?

То забытьё, в котором мы утонули с сестрой перед самым рассветом, нельзя было назвать сном.