— Конфликта со мной ты не боишься?

— По сравнению с конфликтом с имперским наместником, который вы мне обещали, конфликт с вами меня совершенно не пугает.

Он немного помолчал.

— Ладно, чего ты хочешь? Но учти, торги — это одно, а наглость — совсем другое.

— Я это прекрасно знаю, — усмехнулся в ответ. — И прошу лишь одного: сделать что-то, чтобы мое членство в Орлах стало выгодно лично вам.

Селезнев посмотрел на меня, приподняв бровь. Я знал, что он был достаточно умен, чтобы понять посыл. Приглашение в Орлы было его обязанностью как вербовщика, а попытка защитить меня была продиктована чем-то вроде ностальгии или, возможно, тоски по пропавшему отцу.

Ни то ни другое не было важно конкретно для Селезнева, так как рабочие обязанности далеко не всегда сходились с собственным желанием и мнением, а отца, он сам говорил, что почти не помнил. А значит, нужно было что-то, что свяжет нас на более личном уровне, чтобы Селезневу, если у него появится желание меня предать или разорвать нашу договоренность, пришлось думать еще и о своей выгоде.

Большего я просить, к сожалению, не мог. Либо это было бы слишком нагло, как он и сказал, либо я попросту не понял бы, повлияла как-то моя просьба на его отношение или нет, так как слишком плохо знал внутреннюю кухню Орлов.

После почти минуты молчания Селезнев хмыкнул.

— Да, Саша, торговаться ты и правда умеешь. Ладно. Вот мое предложение: я не просто приглашу тебя в Орлы, но и сделаю своим протеже. Такую позицию я могу выдать только одну и не смогу сам ничего отменить. Технически это будет означать, что я прочу тебя на свое место, что, конечно, не так, и ты, когда станешь сильнее меня, сможешь от назначения на должность вербовщика без проблем отказаться. Однако твои успехи как моего протеже будут крайне положительно сказываться на моей репутации и положении в Орлах, а если раскроется, что ты Практик и я об этом знал, я отправлюсь на эшафот вместе с тобой. Как тебе такое?

Дольше тянуть, испытывая терпение Селезнева и сомневаясь в его искренности, было бы уже глупо и грубо.

— Я согласен вступить в «Орлы Сияния», — сказал я, выпрямляясь.

Селезнев кивнул. Потом встал, подошел к чайнику и налил себе свежего чаю.

* * *

Двадцать первая позиция заняла шесть дней.

Легкие оказались не похожи ни на что из того, что я пропитывал раньше. Мышцы имели направление волокон, кости — структуру, и Дух ложился на них слоями, предсказуемо, как краска на доску. Внутренние органы, которые успел пропитать, вроде почек, я вообще не ощущал физически, к тому же их структура была довольно проста.