— Ой, не превращай своё хобби в бизнес, — я встала, стягивая топ. — И конечно, ты должен мне показать.

Он встал и повернулся ко мне спиной и что-то щёлкнуло и зашуршало. Я прижала ладонь к губам, потому что в первый раз он сделал это точно так же. Я воспользовалась этим моментом, чтобы раздеться.

Когда Дин повернулся ко мне лицом, у него красовался огромный синий член в форме раздвоенного щупальца. Я уставилась на него, во рту мгновенно пересохло. Раздался слабый хлюпающий звук, и с кончика упала капля жидкости.

Нижний отросток был короче и уже, и я заподозрила, что он предназначен для моей задницы. Снова тихий звук — и он тоже увлажнился. Я посмотрела на него, стоя на коленях на кровати, и Дин сделал порывистый шаг ближе.

— Тебе нравится?

Я облизнула губы. Он казался больше того красного, который он использовал в Японии, и мои мысли то и дело цеплялись за его двойную функциональность. Будет непросто, это было очевидно. Но Дин сам выбрал это для себя.

— Он пугает, — призналась я. — И мне это очень нравится, потому что он — твой.

— Я выбрал его, потому что тебе нравится, когда я заставляю тебя принимать меня. Моя девочка любит трудности, — сказал он, беря себя в руку с шипением удовольствия. — Так написано в моих заметках. Подтверждаешь?

— В общем-то, да. Это возбуждает, — я хихикнула.

— Хорошо.

Он сел на кровать, потянув меня к себе на колени. Я оказалась лицом к нему, широко улыбаясь. Это была первая поза, в которой у нас был секс с проникновением. Это тоже было в его заметках? Я не смогла спросить, потому что губы Дина прижались к моим, гладкий композит его лица теплел, пока он пожирал меня глубокими, засасывающими поцелуями.

— Трогай меня. Размажь смазку повсюду, чтобы тебе было легче, малышка.

Я вслепую потянулась между нами, нащупав его — тёплого и мягко пульсирующего. Я собрала влагу, обильно стекающую с обоих кончиков, и размазала её по его плоти. Он вздрогнул и выругался, не переставая меня целовать, и я поняла: он точно сделал пометку об отзывчивости, потому что она была идеальной.

— Хватит, — выдохнул он, когда стал совершенно скользким. — Теперь убери руку и поласкай себя пальцами. Я буду записывать.

Его ладонь крепко прижалась к моей пояснице, фиксируя меня. Я отодвинулась назад на его коленях, балансируя ягодицами прямо на его бёдрах, и подала таз вверх, чтобы ему было лучше видно.

— Не верится, что эта киска уже такая мокрая, — прошептал он прежде, чем я коснулась себя. — Ты, должно быть, и вправду меня любишь, Сера.

— Я люблю тебя, и ты заставляешь меня течь просто неприлично, — я кивнула, погружая в себя палец.