Ощущения странные.
Костя никогда не вступался за меня в открытую. Вот так, перед всей семьей, — никогда.
Предпочитал отшучиваться или переводить тему разговора.
Он всегда боялся, что снова схлопочет неодобрение от мамочки.
То, что Тимур выступает в открытую против брата, конечно, доставляет мне удовольствие. Такое чисто женское. Когда ты понимаешь, что можешь просто встать за спиной мужчины и он все сделает. Тебе просто нужно позволить ему решить все.
Сейчас я меж двух огней. Ответить грубо Эльдару нельзя, мне нужна его помощь. Пасовать тоже нельзя. Это просто не в моей натуре.
— Я отвечу, — говорю тихо.
— Саша, — Тимур переводит взгляд на меня, — тебе не нужно…
Выставляю руку вперед, останавливая мужчину, и продолжаю мягче:
— Я знаю, Тимур. Но я отвечу твоему брату, — прямо смотрю на заинтересованного Эльдара. — Месть — это про разрушение. Про то, что негативные эмоции берут верх. Про мелочность. Я не мщу своему бывшему мужу. Все, чего я хочу, — получить назад свое. Вы правы, я много работала, чтобы подняться с самых низов. Перестать экономить на еде для детей. Перестать выбирать все самое дешевое, лишь бы они не мерзли. По третьему кругу штопать дырявые колготки себе и детям. Мой муж решил, что может без проблем откинуть меня назад, туда, откуда мы вместе выбирались. Ему было плевать на мои чувства, на чувства детей. Так скажите мне, Эльдар, почему я должна переживать за то, что мой муж окажется банкротом?
Мне страшно, когда я это говорю, но постепенно я ощущаю, как мои слова обретают силу.
Я не лгу. Не юлю и не строю из себя оскорбленную невинность. Это моя правда. И кто-то может принять ее, а может осудить меня. По большому счету мне плевать и на тех, и на других.
От намеченного пути я не отступлюсь.
Эльдар смотрит пронизывающе. Непонятно, удовлетворяет его мой ответ или нет.
— Все предельно ясно, Александра, — выдает он по-деловому. — Буду ждать банкротства вашего мужа. Все необходимое для торгов уже готово.
— Благодарю, — киваю. — А теперь простите, я отлучусь ненадолго.
В напряженной тишине я скриплю ножками стула и поднимаюсь, накидываю на себя вязаную кофту и выхожу на улицу,
Меня немного потряхивает от напряжения, так что свежий воздух — как раз то, что мне нужно.
Сворачиваю на тропинку, ведущую к пруду. Обнимаю себя руками и иду вперед.
Шале и домики уже далеко позади.
До озера остается совсем ничего, когда я слышу торопливые шаги позади и оборачиваюсь. В меня врезается мужское тело. Хватает секунды, чтобы понять, кто передо мной, но я и слова не успеваю произнести — губы Тимура грубо накрывают мой рот, и он требовательно целует меня.