Катя подавленно замолчала, а Варвара Ильинична кашлянула в кулачок и сделала попытку найти компромисс:

— Катюш, я тебя понимаю и горжусь тем, какие сознательные девушки учатся в нашей школе.

Пионерка просветлела.

— Но Сережа прав — он уже вашу организацию перерос. Давай так — политинформация со следующей недели будет совместная, в актовом зале. Сергей — бессменный докладчик.

Ну на это я согласен — нравится политинформацию проводить.

— Хорошо. Извини, Сережа, я была не права, — извинилась передо мной Катя.

— Ну бегите, особенно ты, Сережа, и привет от меня Борису Николаевичу передай, — выставила нас директриса.

— Пока, увидимся, — махнул я рукой Кате.

— Папа чай попить звал, — не дала она мне уйти.

— Лучше вы приходите к нам на новоселье, всей семьей, — нашел я более оптимальный вариант. — Матвею Кузьмичу позвоню потом, с точной датой и временем.

— Придем, — пообещала Катя, и мы с Таней быстро потопали на выход — Полевой же и вправду ждет.

— Поехали со мной? — предложил я подружке.

— Поехали.

У машины встретили курящего Бориса Николаевича. На заявку дядя Толя нам не понадобится — хватит моего членского билета. Пожали руки, главред отправил папироску в урну, погрузились и тронулись.

— Борис Николаевич, а вы знаете, что меня в школе Электроником называют?

Таня покраснела. Да ладно, не ты же «погоняло» приклеила.

— Не знал, — хмыкнул Полевой. — Но тот вроде блондин был? — проявил знание подростковой литературы.

— Может, я крашеный? — предположил я. — А Евгений Серафимович Велтистов, «папа Электроника», в союзе?

— Чего не знаю — того не знаю, — покачал головой Полевой. — В Союзе, Сережа, больше шести тысяч членов. Не думаю, что кто-то знает их всех поименно.

— А если я выучу — меня запишут в какую-нибудь книгу рекордов?

Подождав, пока главред закончит смеяться, спросил:

— А мне бы вот с ним поговорить на тему цветного многосерийного телефильма по его «Мальчику из чемодана», я могу позвонить в Союз, чтобы мне нашли его номер?

— Теперь еще и цветной многосерийный телефильм, — не без одобрения хмыкнул Борис Николаевич. — Номер-то тебе дадут, но фильм — это совсем другое дело, Сережа. Кино снимать очень дорого и сложно, особенно — цветное и многосерийное.

— За построение долгоиграющих созидательных прожектов у нас вроде в лоб не бьют, — пожал я плечами. — Как и положено жителю первого в мире государства рабочих и крестьян, планирую себе пятилетку.

В этот раз вместе с Полевым засмеялась и Таня — ее почему-то мои лубочно-«совковые» заявления сильно веселят.

— Если ничего не делать — ничего и не произойдет, — продолжил я. — Так что нужно изо всех сил стараться развешивать как можно больше чеховских ружей, а когда они начнут палить залпами — станет жутко интересно и весело, потому что в этом случае дадут развешать еще ружей — уже калибра побольше. Очень нравится, когда снежинки постепенно склеиваются в снежный ком, — признался я Борису Николаевичу.