— Рок у нас запрещен, — кивнула Пахмутова и спросила: — А почему «около»?

— Субжанров можно много придумать, — развел я руками. — Поэтому для простоты буду добавлять «около». Мне можно, я необразованный.

Звездная пара рассмеялась, и Пахмутова попросила изобразить «околофольклор».

— Вот и прошли года, но мы не старые… [https://www.youtube.com/watch?v=OxISmIlNKsM&ab_channel=%D0%9B%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%B4%D0%9C%D1%83%D1%85%D0%B8%D0%BD ] — Допев, пояснил: — Тут гармошка нужна или баян. Ну и балалайка.

— Это понятно, — отмахнулась Пахмутова и спросила: — А ты номер своей директрисы помнишь?

— Помню, — кивнул я.

— Я тебя на неделю попрошу отпустить, — заявила она. — Запишем пластинку Зыкиной, и можешь готовиться к вступлению в наш Союз.

— Я хорошо учусь, поэтому неделя пропуска по моей успеваемости не ударит, — согласился я на такую сделку.

Уверен, моя успеваемость беспокоит Пахмутову в последнюю очередь, но она из вежливости буркнула что-то вроде «ну и хорошо» и пошла звонить по продиктованному мной номеру.

— Неожиданные каникулы — это приятно, — улыбнулся я печально глядящему в стену Добронравову.

— Они из тебя все соки выжмут, — фыркнул он и спросил: — Скажи, Сережа, а как это у тебя так получается? Все что угодно, почти на ходу.

— Простите, Николай Николаевич, но я на этот вопрос ответить не могу, — вздохнув, честно признался я. — Но грешу на аварию. Я же забыл все, что со мной было до конца нынешнего июля. Головой ударился сильно, даже маму не помню, — всхлипнул и жалобно предположил: — Может, это у меня место в голове свободное так использоваться начало? Словно конвейер, на котором в единое целое собираются слова, образы и звуки.

— Вот оно что… — протянул он со смешанными чувствами на лице.

— И если бы меня спросили — я бы ответил, что оно того стоит, — решительно заявил я. — Если у меня открылись такие способности, я изо всех сил буду пытаться с их помощью принести Родине как можно больше пользы. Вы не знаете, Николай Николаевич, буржуи за песни на немецком и английском языках много стране валюты дадут?

— Ноль! — «обломала» меня Александра Николаевна. — Мы с ними авторские права международные не признаем. У нас их писателей и ученых издают без спроса, а они — наоборот, наше берут и используют.

— Тогда пока не актуально, — с легкой душой отложил я международную экспансию на попозже.

— После того, что я здесь увидел, спрашивать такое даже как-то невежливо, но почему ты решил, что у тебя получится написать коммерчески востребованные песни на других языках? — спросил Добронравов.