— Уверен? — Белозёров шагнул ближе. — Ты слышал, что ночью случилось в Слободке?

— Слышал? — Посадник приподнял бровь. — Я там был, Еремей. С гарнизоном приезжал.

Белозёров усмехнулся.

— Какие новости?

— Приехал под утро. Правда, к тому времени всё уже закончилось. — Тень усмешки скользнула по губам посадника. — Так что про Соколовых и их конницу можешь не рассказывать. Я видел гербы на щитах.

Повисла тишина. Белозеров внутренне ликовал.

— Тогда ты понимаешь, о чём я, — сказал он осторожно.

— О чём же?

— О том, что в городе появилась третья сила. Вооружённый отряд, который без твоего ведома…

— Без моего ведома? — Посадник перебил его холодно. — Ты забываешься, Еремей. Я посадник этого города. Всё, что здесь происходит — происходит с моего ведома.

— Даже когда княжеская конница рубит посадских в капусту?

— Даже тогда.

Они снова замолчали. Белозёров чувствовал, что теряет инициативу. Разговор шёл не туда.

— Послушай, Михаил Игнатьевич, — он сменил тон на примирительный. — Я понимаю, что между нами… история, но сейчас речь о другом. Этот повар, Александр — он за месяц превратил Слободку в сплоченный район, а теперь еще собрал ополчение вооружил мужиков, притащил Соколовых. Сегодня он громит Кожемяк, а завтра?

— Завтра — что?

— Завтра он решит, что порядок нужен не только в Слободке.

Посадник молчал. Лицо его оставалось непроницаемым.

— Я предлагаю объединиться, — продолжал Белозёров. — Забыть старые обиды. Я дам людей, деньги, связи в Гильдии. Ты дашь стражу и законное прикрытие. Раздавим эту гадину, пока она не выросла.

— Гадину? — Посадник усмехнулся. — Ты про человека, который ночью отбил нападение бандитов на свой дом?

— Я про человека, у которого частное войско.

— У Соколовых дружина, а не у него.

— Какая разница? Соколовы за его спиной. Это…

— Это, — посадник поднял руку, обрывая его, — визит княжича к другу. Частное дело. Ярослав Соколов имеет право ездить куда хочет и помогать кому хочет.

Белозёров стиснул зубы.

— И тебя это не беспокоит?

— Меня многое беспокоит, Еремей. Но ты в этом списке куда выше, чем какой-то трактирщик. Ты собирался сейчас сказать мне, что мы давно друг друга знаем. Что свои дела в городе мы решим между собой по условленным правилам, так?

Еремей уже собирался подтвердить, но в дверь постучали.

— Войдите, — бросил посадник.

На пороге появился Ломов.

Капитан городской стражи выглядел так, будто не спал двое суток. Грязный кафтан, красные глаза, но держался он прямо, и в этих усталых глазах горел странный огонь. Белозёров видел такое у людей, которые только что выиграли битву.