Детина сплюнул сквозь зубы и шагнул вперёд.
— Ну я, а чё? — буркнул он. — Чё надо, повар? Вали отсюда. Хозяин сброд не принимает.
— О, знаешь кто я? — я улыбнулся. — Хозяина зови.
— А если не позову? — он оскалился, пытаясь храбриться.
— А ты назад посмотри, рыжий, — сказал я, кивнув на толпу посадских. — Видишь мужиков? Это соседи твои и они очень расстроены. Знаешь почему?
Рыжий скосил глаза.
— Потому что пока вы тут в теньке прохлаждались, они там за вас отдувались, — припечатал я. — Если я сейчас дам команду, они вас порвут. Я даже лезть не стану. В сторонке постою.
Здоровяк из толпы шагнул вперед, сжимая кулаки.
— Зови хозяина, сука! — рявкнул он так, что Рыжий вздрогнул. — Или мы сами зайдем! И спросим, почему нам бабы раны вяжут, а вы тут морды отъели!
— Слышал? — усмехнулся я. — Так что ноги в руки взял — и кабанчиком метнулся к Деду. Скажи — Повар пришел и народ привел. Разговор есть.
Рыжий побледнел. Одно дело — воевать с пришлыми, другое — когда тебя готовы растерзать свои же.
Скрипнув зубами, он развернулся.
— Ждать здесь! — рявкнул он своим сорвавшимся голосом и, тяжело топая, побежал к дому.
Первый раунд остался за мной.
Глава 15
Ярослав смотрел на спину друга и не узнавал его.
Саша шёл пешком впереди конницы, и это было неправильно. Командир должен ехать верхом, возвышаться над строем, показывать статус. А этот шагал по грязи в своих стоптанных сапогах, в запачканном кровью кителе, и выглядел как последний бродяга.
Но люди шли за ним. И не только свои. В едином строю с двадцатью слободскими бойцами шагали посадские мужики, что ещё пять минут назад стояли на баррикаде с вилами. Теперь они шли следом — хмурые, перевязанные, злые. Они шли за вчерашним врагом, потому что увидели в нём правду.
Даже Ратибор — старый волк, который никого не признавал, кроме отца — и тот поглядывал на Сашку с уважением.
Когда это произошло? Когда повар превратился в вожака?
Ярослав помнил их первую встречу в крепости Соколовых. Тощий парень с умными глазами, который варил отменную еду и вытащил его с того света. Отец тогда сказал: «Присмотрись к нему, сынок. Этот далеко пойдёт». Ярослав не поверил. А зря.
Теперь этот уже не тощий, а возмужавший парень стоял перед особняком Кожемяк и смотрел на охранников так, будто они были мухами на стене. Ни страха, ни сомнений.
Даже конь под Ярославом нервничал, переступал копытами, прядал ушами. Животные чуют хищников.
Ворота особняка со скрипом приоткрылись, и наружу выскользнул рыжий детина с бычьей шеей и маленькими злыми глазками — судя по всему, глава охраны. Он остановился в пяти шагах от Саши и скрестил руки на груди.