— Артём Алексеевич.

— Ева Геннадьевна.

— Игорь Сергеевич.

— Ева.

— Кирилл Викторович.

— Ева Геннадьевна.

Я пожала Кириллу руку.

Ровно две секунды. Это была профессиональная норма. Я её сегодня соблюдала с такой строгостью, как будто я держала экзамен по протоколу.

И в этот момент сработала первая короткая вспышка.

Его рука у меня в волосах. Выдернутая заколка. Тёмные волосы, рассыпанные на плечи. Его дыхание у моего уха: «Я твои волосы распущенными в воскресенье у себя в офисе видел и думал об этом моменте всю неделю».

Щелк. Я вернулась в переговорную.

Я освободила руку Кирилла.

Поздравляю меня. У меня появилось новое профессиональное расстройство — флешбэки в рабочее время. Я эти расстройства в моём собственном внутреннем чёрном списке записываю на отдельную строку.

Я подошла к своему месту во главе короткого края стола. Юлия мне помогла подключить мой планшет к проектору. Свет в зале остался гореть — я за эту неделю решила, что я этот тендер выиграю при включённом свете. Не в полумраке. Не в режиме «PR-показа». В режиме «деловое предложение от профессионала к профессионалу».

Я подняла глаза от планшета.

Я открыла рот.

Я начала.

* * *

Первые семь слайдов я провела на автопилоте.

Это означало одну простую вещь. У меня в голове работала программа «Ева Корецкая на работе», и эта программа в эту секунду выдавала ровно то, что от неё ждали — точные формулировки, чёткие переходы, два уверенных аргумента на каждое возможное возражение.

Артём кивал в нужных местах. Кирилл записывал в свой ноутбук. Игорь на видеосвязи смотрел молча.

На седьмом слайде Артём поднял руку.

— Ева Геннадьевна. Один вопрос.

— Слушаю, Артём Алексеевич.

— На вашем третьем слайде вы указали целевую долю рынка в двадцать четыре процента. Наш конкурент сейчас на двадцати двух. Ваш план как-то учитывает их собственный рост за тот же период? Они могут вырасти до двадцати пяти, и тогда ваш двадцать четыре в реальной картине превратится в семнадцать.

Я сделала маленькую паузу. Я этот вопрос ждала. Я ему рассчитала ответ ещё в субботу вечером, когда Алина мне на её собственном планшете расписала возможные траектории.

— Артём Алексеевич. Хороший вопрос. Я к нему готова. Мы провели за эту неделю короткую разведку у нашего конкурента, через одного бывшего сотрудника, и у нас есть основания считать, что у них в текущем составе наблюдательного совета принято решение в следующие восемнадцать месяцев в активную фазу роста не входить. В нашей стратегии заложен расчёт на их пассивный год. Если они эту пассивную фазу поменяют — у нас есть резервный сценарий В на двадцать первой странице приложения, в котором мы выходим в позицию контрнаступления.