У меня возникло одно подозрение.

Кирилл Беляев — холостяк. Но он в моих масштабах был холостяк, у которого в его квартире всё устроено так, как должно быть устроено в квартире у мужчины, у которого есть женщина.

Я этому подозрению не дала развернуться. У меня на это утро были другие планы.

Я сварила два кофе.

Я открыла одно из его окон, потому что мне утром на кухне обязательно нужен свежий воздух.

Из спальни в семь пятьдесят пять появился Кирилл.

В одних домашних брюках. С взлохмаченными волосами. С тем же лицом, с которым он у меня в субботу появлялся на моей собственной кухне в Подмосковье.

— Корецкая.

— Беляев.

Он подошёл к кофемашине. Взял свою чашку (я заметила, что я ему сварила в чашке, в которой он, я подозреваю, обычно пьёт свой утренний кофе — мужчины не дают своей утренней чашки женщинам случайно). Сделал глоток.

— Ты в моей кофемашине настроила соотношение зерна и воды на три миллилитра больше моей нормы.

— Твоя норма работала как «слабый американо». Я тебе сварила нормальный эспрессо.

— Моя норма всегда работала как «утренний бодрящий».

— Твоя норма работала как «жидкость с напоминанием о кофе».

Кирилл смотрел в свою чашку.

И отпил второй раз.

— Это хороший кофе.

— Я знаю.

— Я не буду менять обратно.

— Я не предлагала тебе её поменять.

— Корецкая, тыещё даже не представляешь, что ты конкретно сделала.

Я поняла, что у нас с Беляевым в эту утреннюю минуту во вторник на его кухне произошло одно очень тихое и очень тёплое событие.

Я ему поменяла настройку кофемашины. Я ему её поменяла не специально. Я ему её поменяла потому, что в моей жизни я кофе варю иначе, и у меня в моих собственных утренних рефлексах понадобилось ровно ноль секунд на то, чтобы у мужчины на его кухне настроить машину под мои собственные привычки.

Пустяк, казалось бы.

Но Беляев это засёк. И, что самое главное, Беляев это не отменил. Беляев принял мою настройку как свою.

Это было серьёзное событие. Но я от этого отмахнулась, потому что так легче.

Мы выпили кофе.

Мы поговорили о погоде.

Мы поговорили об утренних новостях из РБК.

Мы не обсудили ни одну тему из вчерашнего вечера. Ни одну тему из этой ночи. Ни одну тему из утра.

Кирилл вёл утреннюю беседу так, как будто у нас вчера вечером ничего не было. Я вела её так же.

Бах. Осознание:

Мы с Кириллом в эту минуту во вторник на его кухне впервые в нашей с ним истории молчаливо договорились играть в одну новую игру.

Эта игра называлась —«спим, но не пара» .

Я не была удивлена этой игре. Я её ожидала. Я даже её сама в моей субботней голове сформулировала.

Я была одновременно довольна и обеспокоена этой игрой.