Без предупреждения он бросился в атаку. Первый удар, простой и смертоносный, словно молот, нацелился прямо в сердце. Я едва успел среагировать, инстинктивно отскочив в сторону. Воздух со свистом рассекся у моего уха, и по щеке хлестнул ледяной ветер от его кулака.

— Ты медленный. — прозвучал его голос. Он был точной копией моего, но искажен металлическим скрежетом, словно по голосовым связкам прошлись напильником. — Грубый. Неотёсанный. Ты — недоработка.

Второй удар пришелся в основание позвоночника. Я попытался блокировать предплечьем, но сила была чудовищной. Кость затрещала, и острая, живая боль пронзила все мое тело. Я отлетел назад, кувыркаясь в пустоте.

— Ты думаешь, что сила — это мышцы? — он не преследовал, а стоял на месте, наблюдая, как я корчусь от боли. — Сила — это эффективность. Идеальная траектория. Отсутствие лишних движений. Ты же воплощение суеты.

Я поднялся, игнорируя боль в руке. Смотрел на него, пытаясь найти объяснение, понять логику. Но все мои усилия были тщетны.Передо мной стояла идеальная машина смерти, лишенная каких-либо эмоций.

Он снова атаковал. На этот раз серией ударов. Быстрых, точных, не оставляющих времени на раздумья. Я парировал, уворачивался, отступал. Каждый блок отдавался огненной болью в костях. Каждый пропущенный удар оставлял на моём призрачном теле глубокие, тёмные синяки.

Он был прав, я — грубый, необтесанный. Мои удары тратили энергию впустую, блоки запаздывали на доли секунды. Он же двигался с пугающей экономией, словно хищник. Ни одного лишнего движения, только смертоносная эффективность. Его удары были короткими, как выстрелы, быстрыми, как молния, жесткими, как сталь. Они не ломали, а пробивали броню. Не били, а убивали.

Я падал. Снова и снова. Тело превратилось в сплошной синяк.Треснувшие ребра кололи изнутри, острые осколки костей впивались в легкое при каждом вдохе. Глаз заплыл, губа разбита, кровь, солёная и горячая, стекала по подбородку.

— Встань. — прозвучал его металлический голос. — Встань, неудачник. Ты должен умереть, чтобы родиться заново. Или просто погибнуть.

Боль накрывала волной, сознание ускользало, но каждый раз он возвращал меня в реальность новым ударом. Ни секунды передышки, ни капли пощады. Это была не схватка, а… Казнь. Медленная, методичная, беспощадная.

Но с каждым падением, с каждым переломом, сквозь туман боли и отчаяния во мне прорезалось что-то острое и холодное. Я начал «видеть». Не глазами, залитыми кровью, а всем избитым существом.

Мое внимание приковалось к мельчайшим деталям. Я видел, как за мгновение до решающего удара мышцы на его плече напрягались. Его взгляд на долю секунды выхватывал цель, прежде чем тело, словно по команде, приходило в движение. Я замечал, как он едва переносил вес тела, готовясь к атаке.