— Вот. Вещица полезная. Ожоги снимает, раны затягивает. Купите у меня. Не для себя — для пострадавших солдат. Проявите, так сказать, заботу о людях государевых. Недорого. Пятьдесят рублей серебром за штуку. Ну, не жмитесь, как девка на выданье!
Его глаза полезли на лоб от такой наглости. Но спорить он не посмел. Скрипя зубами, он достал туго набитый лопатник, отсчитал четыреста бумажных рублей — эквивалент ста серебряных — забрал артефакты и, не прощаясь, почти бегом скрылся в толпе, очевидно, решив, что нервы, ну… и жизнь, что уж тут — сильно, прям бесконечно дороже денег.
— Ну вот, — сказал я подошедшему Игнату, засовывая купюры в карман, — теперь можно и прилично одеться. Пошли.
Мануфактурная лавка, куда мы направились, оказалась лучшей в городе. На полках темного дерева лоснились тяжелые отрезы английского сукна, переливался узорчатый шелк, белели кипы тончайшего голландского полотна. Едва мы переступили порог, к нам подскочил прилизанный приказчик.
— Вам чего, мужичье? — процедил он сквозь зубы. — Здесь господа одеваются! Пошли вон, нечего полы топтать!
Вот так-так. Опять мой внешний вид во вред мне играет. Не зря, значит, я решил приодеться получше. Только как сейчас поступить, чтобы и товар получить, и проблем себе новых не создать? Мне врагов и без этого мелкого приказчика хватает, а ведь и за ним хозяин стоит. Ну ладно, пойду как обычно — напролом.
Глава 14
Мануфактурная лавка мне, прямо скажем, понравилась. Огромные штабеля самых разных тканей громоздились к потолку, невольно вызывая опасения на предмет устойчивости: казалось, вот-вот, и они рухнут на голову покупателя. И пахла она именно так, как и положено: добротный, густой аромат дорогой английской шерсти, воска для натирания полов и едва уловимая нотка пыли на туго скатанных рулонах шелка. И всю эту благородную атмосферу портил лишь человек: прилизанный, тощий приказчик с лицом хорька и бегающими глазками, источающий в мою сторону яд холопского высокомерия.
— Я еще раз повторяю, здесь товар для господ, — процедил он, брезгливо кривя тонкие губы. — А для вашего брата сиволапого лавки на задворках имеются. Попроще и подешевле, все как вы, лапотные, любите!
Ну, а я, значит, стою, молчу. Разглядываю его, как диковинное насекомое. Забавно, ей-богу. В моем времени таких особей тоже хватало, только одеты они были в синтетику и люрекс, а не в сюртуки из дешёвого сукна. Мелькнула мысль: коротким импульсом перемкнуть ему нервный узел, вон там, за прядью сальных волос, чтобы застыл минут на десять. Но нет — второго приказчика тут не наблюдается, а этот — ну вот как он меня обслужит, если будет десять минут стоять манекеном и пускать слюни на свой драгоценный товар? Во-от. А мне терять время ни к чему, опять же, Игнат снаружи ждет… В общем, надо бы привести его в чувство побыстрее, и без нейроимпульсов.