— Готово, — шепотом доложила она, с опаской глядя на грибы в моих руках.

— Молодец. Теперь смотри внимательно.

Коротким импульсом я «выкурил» двух светлячков из грибов и подцепил их, после чего аккуратно вплел живые огоньки в два центральных узла узора на груди и на спине рубахи. Затем положил ладонь на вышивку.

Небольшое вливание моей энергии для активации всего узора, который потом будут поддерживать в активном состоянии светляки прошло быстро.

Ульяна и Семён ахнули. Весь вышитый узор на мгновение вспыхнул ярким изумрудным светом, нити засветились, как живые, а затем свечение медленно впиталось в грубую ткань, оставив после себя лишь едва заметный зеленоватый отлив.

— Готово, — сказал я, протягивая рубаху Семёну. — Теперь это не просто одежда. Это легкая броня, силовой кокон. Мелкие твари вроде «червей» или даже ослабленный «клещевик» теперь твое тело не пробьют. Теперь идите спать. Ты, Ульяна, иди домой.

* * *

Едва забрезжил рассвет, я поднял Семёна. Вчерашние приготовления были не просто так, пора было проверить мою задумку.

— Пора, Сёма, идти тебе на охоту. Поначалу вглубь поляны не лезь, походи по краю. Увидишь «воронку» — марево с искрами — беги без оглядки: неизвестно, что оттуда вывалится. Все понял?

Я протянул ему плотно набитый заплечный мешок с едой и водой и пустой короб-ловушку. Он молча принял снаряжение. Вчерашнее посвящение не прошло даром — страх в его глазах уступил место мрачной, сосредоточенной решимости.

— Твоя задача, — говорил я, пока он проверял тетиву самострела, — собрать десять пластов металлической коры с черных дубов и пять грибов-аккумуляторов. Ни больше ни меньше. Ручей у оврага помнишь? Все найдешь там. И еще раз: никуда вглубь не лезь! Почувствуешь опасность амулетом или увидишь тварь — стреляй без раздумий. Если попадется одиночный червь — используй ловушку. Достаточно на секунду открыть крышку рядом с ним, она его и затянет. Главное — возвращайся до заката. Вопросы есть?

— Никак нет, Михаил Иванович, — твердо ответил он.

— Тогда иди.

Он кивнул, перебросил самострел за спину и, не оглядываясь, шагнул за ворота. Я смотрел ему вслед, пока его фигура не растворилась в утреннем тумане, стелившемся от леса. Рискую ли я? Безусловно. Но без риска нет роста. Если он не научится действовать самостоятельно, то так и останется вечным придатком, обузой. Эта вылазка была его экзаменом. И моим тоже — на умение доверять.

Когда шаги Семёна затихли, я повернулся к дому. Пора было превращать эту деревянную коробку из временного убежища в настоящую базу.