— В избу, в избу, — закивал Вяхирев. — Дело серьёзное, не для чужих ушей.

Мы прошли через ворота и направились к совещательной избе.

Вяхирев уселся на лавку, огляделся с хозяйским видом.

— Ну, атаман, — начал он, положив руки на колени. — Слухи до нас дошли, что ты тут хорошо устроился. Даже, сказывают, татар побил?

— Есть такое, — коротко ответил Ермак.

— Самого Кучума, говорят, со свету сжил? А потом и тех, кто после него, заставил подчиниться?

— И это было.

— Ну вот! — Вяхирев хлопнул себя по коленям. — Вот это дело! Молодец, атаман, молодец!

Он помолчал, склонив голову набок, разглядывая нас всех.

— Да вот беда, атаман. Забыл ты, похоже, кому всем этим обязан.

— И кому же? — изумился Ермак такой дерзости.

— Как кому? Строгановым, конечно! Они тебя сюда направили, они снарядили, они на путь наставили. Кем ты был до них, атаман? Уж прости за прямоту — почти разбойником. С Волги, говорят, бежал! Готов был в любое дело ввязаться, лишь бы прокормиться. А нынче — хозяин земель сибирских! Большой человек! Целое царство под тобой!

Я видел, как белеют костяшки пальцев Ермака, сжимающих край стола. Мещеряк встал со стула, положил ладонь на рукоять ножа.

— И что с того? — спросил Ермак ледяным голосом.

Вяхирев вздохнул, качая головой, будто объяснял неразумному дитяте прописные истины.

— Дело простое, атаман. Строгановы тебя сюда отправили, стало быть, ты перед ними в долгу. Они вложились в твой поход, и теперь хотят получить своё. Передаю тебе их слова: отныне ты должен отдавать им половину всего, что здесь добудешь. Половину мехов, половину серебра, если найдёшь, половину всего прочего. А ещё — весь ясак с местных племён.

— Весь ясак? — переспросил Ермак.

— Весь, весь. Строгановы сами его царю передадут, как положено. А то ты ведь и про ясак забыл небось? Сидишь тут царём, а государю своему законному ничего не шлёшь.

Вяхирев погрозил пальцем с притворной укоризной.

— Взамен Строгановы будут время от времени присылать лодки с порохом и прочими припасами. Не дадут тебе пропасть.

— Не дадут, значит, — мрачно повторил Ермак, покрутив головой.

— Не дадут, не дадут. А вот если заартачишься… — Вяхирев вздохнул, разводя руками. — Тогда быть беде, атаман. Строгановы на тебя разозлятся, это раз. А они люди влиятельные, до самого царя дотянутся. Царь тоже разозлится, это два. Ты же ему ничего не шлёшь! И объявят тебя и весь твой отряд разбойниками. Придут царские войска, схватят всех и закуют в кандалы. Оно тебе надо?

Он замолчал, глядя на Ермака с видом человека, который только что сделал исключительно выгодное предложение и ждёт благодарности.