Вошли. Тихо, молча. Встретили проницательный взгляд подтянутого, но слегка располневшего генерала.

— Здорова, Николай Сидорович! — по-братски пожал руку Командующий. — Как настроение Верховного?

— Ждет, — коротко ответил Власик, начальник охраны Вождя. — Поспешите. Это тот, которому назначено? — кивнул в мою сторону. — Что за птица высокого полета? — подмигнул мне по-дружески. — Как доклад сделаешь, прошу ко мне на рюмку коньяка! — и, хохотнув, хлопнув по плечу, проводил в лабиринт коридоров.

Сказать, что я был до крайности в панике, ничего не сказать. Вот дверь. Высоченная, двойная, в три человеческих роста. Ковры мягкие, шаги не слышны. Вокруг никого. Тишина, что в могиле. Тикают часы. Где-то далеко ухнули куранты.

«Приемная».

Вошли. Из-за стола встал лысый и подтянутый Поскребышев. По углам в креслах сидели приглашенные лица. Все устремили взгляды на меня.

Вот тут-то все и началось…

* * *

После минут ожиданий, Поскребышев взял тихо звякнувшую трубку.

— Есть! — отчеканил по-военному.

Обвел взглядом присутствующих.

— Пятнадцать минут, — бросил коротко. — Вы, вы и вы, — указал на нас троих. — Потом позовут остальных.

Переступая порог кабинета, я ощутил, как трясутся поджилки. Сразу поплыло в глазах. Качнулся пол. Невидящим взглядом окинул комнату.

Длинный стол был занят членами Политбюро. Впервые, да еще и вживую, я узрел наших ведущих партийцев.

— Вперед, — шепнув в ухо, подтолкнул Илья Федорович. Сам был белее снега, но держался уверенно. Командующий фронтом принял стойку смирно.

— По вашему приказанию прибыли!

— Проходите, товарищи, — раздался сипловатый, а может, как мне показалось, простуженный голос.

Я невольно вздрогнул. Голос шел из-за спины. Впереди, за столом, сидели шесть человек. По портретам машинально узнал Молотова в пенсне, Ворошилова при орденах, Берию с проницательным взглядом через очки. Дальше не успел. Мягкие шаги обогнули меня, возник силуэт. Вкрадчивый голос спросил:

— Хорошо ли добрались?

Язык онемел. Передо мной, немного сутулясь, прикуривая спичкой трубку, остановился сам Верховный вождь всех народов.

— Спа… спасибо, т-товарищ Сталин! — заикаясь, выдавила гортань. Во рту пересохло. Желтоватые зрачки приблизились к самому лицу. Повеяло дорогим табаком. Вблизи были видны следы оспин. Сталин отошел на шаг, окинул с ног до головы. Прищурился с хитрецой.

— Так вот вы какой, товарищ из БУДУЩЕГО…

И умолк. У меня отнялись ноги. Слово «будущего» он произнес с каким-то зловещим ударением. Куратор стоял сзади, помочь было некому. Вопрос — не вопрос? Как отвечать? Отвечу — нарушу инструкцию.