Взвод солдат рассыпался по полю. Пошел по нашим следам.

— Ком, — пригласил офицер в хату. — Вас обыскать!

Подскочили два полицая с повязками. Эти были уже русскими. Сразу сорвали петлицы майора. Кинули на стол начальнику. Минуя предбанник, мы вошли в его комнату. Бравые вояки переоборудовали ее в кабинет. На столе телефон. Папки бумаг. В углу торшер. Граммофон. Кушетка. За печью — лежанка для помощника. Лавки, бревенчатые стены. Комод, старый сервант. Одежда, обувь, лыжи. Всё.

Один полицай осклабился:

— Давно у нас таких птичек не было. Комиссар, небось?

— В зубы тебе комиссара, — процедил мой сосед.

Меня обыскали. У майора извлекли пистолет. Эсэсовец хмуро кивнул.

— С какой цель идти сюда? Кто есть? Назовись!

Павел Данилович назвался. Я вторил ему каждым словом, впервые попав в руки карателям. Если служба СС — значит, каратели. Так я читал в интернете.

— Кто старший командир? Где есть часть?

Майор лгал напропалую. Назвал номер несуществующего соединения. Брехал с три короба о якобы нашем отступлении. Как оказались здесь — выходили к своим. Заблудились. Голод погнал в деревню. Наткнулись на сарай. А там — немецкая овчарка.

— Май гу-ут. Друг. Франк!

— Собаку так зовут. Франк, — перевел второй полицай, ощупывая мою одежду. Документов теперь не было, я немного осмелел:

— И за сколько ж ты Родину продал, Иуда?

ВЖЖА-ААХХ!

Удар в челюсть был настолько сильным, что меня откинуло назад. Потолок оказался внизу, пол вверху. Сглотнул кровью. Зашатался зуб.

— Найн! — оборвал второй удар эсэсовец. — Не бить! Отойти!

Он уселся за стол. Я встал, пошатываясь, напротив. Мой старший друг смотрел на меня озабоченным взглядом.

— Влипли, Саша. Влипли по самые помидоры.

Тем временем во двор вернулся взвод солдат. Доложили. Кроме следов ничего не обнаружили. Значит, во имя Христа, они не нашли парашюты! — подмигнул я молча майору. Тот сразу понял, кивнув головой.

А в следующую минуту я узнал: каково это, когда кровь стынет в жилах.

Выслушав доклад, старший офицер подался вперед. Прищурил глаза, водрузил монокль. Вкрадчиво задал вопрос:

— Если нихт партизанен, то шпиёнен. Яволь?

— А шпионов мы сразу в расход! — загоготал первый полицай. Второй ткнул мне в ребра винтовкой. Я еще не отошел от удара, и он забавлялся, взводя курок. — П-шел к сараю!

Толкнул. Обернулся к начальнику:

— Этого первого, герр Бромер?

Тот, очевидно, что-то прикидывая в уме, остановил:

— Найн. Шпиёнен гут! Партизанен прийти за ними. Мы сделать засада. Пуф-пуф! — передразнил сам себя, осененный мыслью. — Мы есть ловить… как это по-русишь… ловить партизанен на живца. Так?