Я, разумеется, знал. Наступления русских колонн первого эшелона уже подступали к границам Европы.

— Ну, ты веселый интересный! — хохотал Борька, когда летели самолетом в штаб 27-й армии генерала Трофименко. — Скрывал от меня, что за руку здоровался со Сталиным! Так ты, лишенец, мать тебя в душу, из будущего?

За некоторое время до этого я собрал их вместе — Павла Даниловича и Борьку. По совету Власика, с которым переговорил по телефону, я вкратце рассказал обоим, каким образом перебросился в их сорок третий год. Та самая воронка, из которой вытягивал меня Борька с Алексеем, на самом деле была порталом перемещения. Физику они знали не ахти как. Особенно Борька. Не поверил, в отличие от майора. Вот тогда-то и пришлось связать их с начальником охраны Вождя.

— Помните, товарищи бойцы, — разъяснил он им по телефону, — теперь вы головой отвечаете за Александра! Прикрепляетесь к нему в качестве телохранителей. Вам, майор Гранин, будет благодарность от самого Верховного — Саша рассказал мне, как вы спасли документы. А тебе Борис, светит повышение в звании. — И предупредил напоследок. — Так как вас переправят на Румынский фронт, о тайной миссии Александра никому ни слова. Предупрежден только командующий 27-й армии генерал Трофименко. Все ясно? Если информация о секретных разработках будущих технологий просочится, считайте — вы уже в лагерях. Я не шучу.

И, пожелав всего хорошего, переключился на меня.

— Теперь с тобой, братец мой. К вам приставят отделение охраны. Как прибудешь и доложишься генералу Трофименко, сразу восстанавливай по памяти проекты, что сжевал твой майор. В твоем распоряжении будет конструкторское бюро с десятком инженеров. Пока ясно выражаюсь?

— Так точно, Николай Сидорович.

— Скажи спасибо нашему Хозяину, что над тобой поставили меня, а не Берию с Абакумовым. Эти двое из тебя бы душу вывернули. Я упросил Иосифа Виссарионовича, чтобы он оставил тебя под моим крылом. Усек, товарищ двадцать первого века?

И пожелал, как можно скорее вводить программу обеспечения войск.

Это было в самом конце сорок третьего, когда нас доставили в штаб партизанского движения.

Теперь наступал год сорок четвертый.

* * *

Борька по своему обыкновению толкнул локтем в бок.

— Ну, ты веселый интересный! Видал, какие нам штабные машины отвалили с барского плеча?

Генерал Трофименко встретил нас с долей иронии. Был учтив, но в дружбу не лез. По его разумению, я был не более, чем гражданским. А из будущего или хрен знает откуда — ему через пень колоду. Раз приказал сам Власик, то не его, генерала, мать в душу дело, откуда прибыл этот инженер.