Кончиком указки Сталин постучал по карте рядом с Минском.

— То есть, товарищ Павлов не предвидел направления главного удара и не создал группировки для контрудара? В отличие от КОВО, где такие группировки были созданы и применены вовремя? — спросил он.

— Фактически так, товарищ Сталин, — ответил Мерецков.

— Продолжайте.

— Северо-Западный фронт, командующий генерал-полковник Кузнецов, — Начальник Генштаба перевел свою указку севернее. — Ошибки схожие, но с местной спецификой. Дивизии прикрытия также оказались развернуты линейно и быстро прорваны, но главная проблема заключается в отсутствии четкого плана действий на приграничное сражение и панические, поспешные приказы на отход, которые дезорганизовали войска. Вместо планомерного отхода на рубеж реки Западная Двина произошло беспорядочное отступление. Противник, используя превосходство в подвижности, опережает наши отходящие части и с ходу захватывает выгодные рубежи. Управление нарушено, связь работает с перебоями.

Сталин затянулся трубкой, выпуская дым.

— Получается, не использован даже опыт организованного отхода, который на юго-западе провели под руководством товарища Жукова? Отход — это не бегство. Это маневр. На севере получилось бегство.

— К сожалению, да.

— А что именно на Юго-Западном фронте сделали иначе? — Сталин повернулся к Ватутину, который сидел, затаив дыхание.

Начальник штаба и заместитель командующего Юго-Западным фронтом снова поднялся.

— Во-первых, товарищ Сталин, еще до войны по приказу товарища Жукова была создана глубоко эшелонированная оборона. Не одна линия на границе, а несколько рубежей — передовой, основной и тыловой — по старой государственной границе. Это позволило не держать все силы на линии соприкосновения. Во-вторых, механизированные корпуса не были распределены по армиям. Они были сведены в ударные кулаки и находились в глубине, вне досягаемости первого удара противника. В-третьих, был разработан и доведен до командиров всех уровней четкий план прикрытия границы с вариантами действий, включая организованный отход. В-четвертых, управление. Штаб округа и штабы армий имели подготовленные запасные и ложные КП, систему связи, устойчивую к помехам. И главное — была воля командования к активным действиям, а не к пассивной обороне. Контрудар под Дубно был запланирован как неизбежный элемент отражения агрессии, а не как импровизация в критический момент.

В кабинете снова наступила тишина. Мерецков и Тимошенко молча смотрели на карту, сравнивая две фронтовые ситуации. На западе и севере она была близка к военной катастрофе. На юге и юго-западе, хоть и оставалась тяжелой, все же была вполне управляемой. Жуков не обладал каким-либо особенными преимуществами, он просто оказался прозорливее и жестче в своих решениях.