Заквакал полевой телефон. Связист взял трубку, послушал, протянул мне.
— Товарищ командующий, — послышал в наушнике голос командира боевого охранения штаба. — ВНОС докладывает. С юго-восточной стороны слышен звук многочисленных двигателей. Судя по нему, в нашем направлении движется большая колонна тяжелой техники.
— Слава богу! — радостно выдохнул я, забыв об уставе. — Добрались, родимые!
Глава 19
Эшелоны подходили один за другим с интервалом в сорок минут. Железнодорожный узел, еще утром подвергшийся бомбежке, работал с перебоями. Путь у станции был поврежден, и составы разгружались на подъездных путях, растянувшись на три километра вдоль линии.
Генерал-майор Николай Владимирович Фекленко стоял у штабного вагона, всматриваясь в темноту, откуда доносился лязг спускаемой с платформ техники. Командир 19-го механизированного корпуса прибыл с первым эшелоном и уже успел оценить обстановку.
Обстановка не радовала. Станция работала с перебоями, связь со штабом фронта осуществлялась только через делегата связи. Да и немцы могли накрыть бомбардировкой весь транспортный узел в любой момент.
— Товарищ генерал-майор, второй эшелон подходит, — доложил пожилой майор, военный комендант станции.
— Вижу, — кивнул Фекленко. — Ускорьте разгрузку.
Майор откозырял и принялся подгонять железнодорожников. Командир корпуса отдал приказ командиром подразделений:
— Танки сразу в лес, под деревья. Маскировку не нарушать. Если хоть один самолет заметит, пеняй на себя.
Разгрузка шла круглосуточно, без перерывов. С платформ съезжали «Т-34» и «КВ», более легкие «БТ» и «Т-26», артиллерийские тягачи и грузовики с боеприпасами. Цистерны с топливом были отогнаны в тупик и там заправлялись бензовозы, также прибывшие с эшелонами.
Механики-водители, получив машины, тут же уводили их в ближайший лесной массив. Сгруженные раньше, лесными проселками выдвигались в направлении мест временной дислокации. Рокот этих моторов и зафиксировали пункты ВНОС штаба Западного фронта.
Командиры батальонов собирались у штабного вагона, получали карты и устные распоряжения. Фекленко не любил писанины в полевых условиях. И не в полевых — тоже, но когда сидишь в штабе на ППД, выбирать не приходится.
В боевой обстановке для Николая Владимировича главным было определить направление движения, рубеж развертывания войск и время готовности. С остальным он предпочитал разбираться в порядке поступления.
— 40-я танковая дивизия, полковник Широбоков, — доложил подошедший командир. — Первый эшелон разгружен, техника в лесу. Люди накормлены, но у нас сухпайка на двое суток.