Разведгруппа противника вышла на связь с агентом утро 9-го июля. Он сообщил им те сведения, которые мы в него вложили. После чего дали фашистам спокойно уйти. Понятно, что фрицам была скормлена деза. Осталось лишь дождаться, что она сработает.

Разумеется, одних слов агента было недостаточно. Пришлось организовать липовую переброску нескольких частей и якобы самого штаба генерала-лейтенанта Рябышева, причем, сделать это так, чтобы немецкие разведчики это увидели.

К сожалению, «ждун» не знал какими силами и в каком составе фрицы попытаются пробиться к нам, но «У-2» с воздуха на рассвете обнаружил передвижение небольшой моторизованной группы.

В ней было три танка «Т-4», шесть бронетранспортеров и два грузовика с пехотой, штабной кюбельваген и пять мотоциклов. Вся эта компания старалась передвигаться скрытно, лесными проселками и по ночам. Она двигалась к нам в тыл, чтобы нанести неожиданный удар.

Лесной массив в пятидесяти километрах восточнее Милятина-Бурины. Июль 1941 года

Генерал-лейтенант фон Хубицки ехал в кюбельвагене. Впереди него катили мотоциклисты, бронетранспортеры и грузовики с солдатами. Позади — три '«Pz.Kpfw. IV». Днем приходилось прятаться в лесу, а с наступлением ночи выдвигаться.

Еще вечером к месту временной дислокации группы «Vergeltung», вышла вернувшаяся из русского тыла разведывательная команда обер-лейтенанта Вольфа. Он вошел в палатку, которую поставили для командира группы.

Фон Хубицки поднялся ему навстречу, хотя и не обязан был это делать. Вольф выглядел уставшим, но довольным. Он кратко, по существу доложил генералу-лейтенанту о результате проведенного разведывательного рейда.

Командир группы кивнул. Взял со стола фляжку с французским коньяком, протянул обер-лейтенанту. Тот отвернул крышечку, приложился к горлышку, глотнул и, благодарно кивнув, вернул фляжку.

— А теперь скажите мне, обер-лейтенант, — заговорил фон Хубицки снова. — Не с точки зрения разведчика, а с точки зрения человека, можно ли доверять тому, что вам рассказал этот человек в деревне?

— Он ненавидит Советы, мой генерал, — немного подумав, заговорил Вольф. — Работает на Абвер с 1939 года. Помогал нашим войскам еще тогда, когда эта территория входила в состав нынешнего Генерал-губернаторства.

— Хорошо. Теперь я вам задам менее приятный вопрос, обер-лейтенант. Вы уверены, что видели переброску частей русских и штабные машины в указанном вами направлении?

Вольф насупился, побагровел, но привычка подчиняться вышестоящим офицерам заставила его проглотить обиду. Единственное, что он себе позволил, так это бесцеремонно взять со складного стола оперативную карту.