— Иван Васильевич, одно дело, когда родственник стал акционером, и совсем другое, когда человек… — тут он сделал паузу и произнес очень почтительно и осторожно:

— Весьма нами уважаемый, но, прошу прощения, посторонний, будет решать вопросы финансового характера.

— Деловые отношения не зависят от родственных уз, — заметил Константин Васильевич.

— Правильно говоришь, Костя, — одобрительно кивнул дед.

— А, помните, я в бытность свою городским головой, сколько полезного сделал для развития вашего дела? И не забывайте, что я до сих пор имею честь быть гласным Московской городской думы, — как-то очень уж просто и спокойно сказал дедов брат. Рябушинские тревожно переглянулись.

— Константин Васильевич, — включился в разговор старший Рябушинский, — да Господь с вами! Когда это Рябушинские забывали добро, которое для нас сделали? Но как-то надо выходить из щекотливого положения, в котором мы все оказались из-за глупой выходки нашей сестры.

Я аккуратно отдал половому опустевшую посуду, взял стакан минеральной воды, сделал глоток. На столе стояли графинчики с водкой, но к спиртному никто не притронулся.

— Прошу прощения, но позвольте мне высказать мое мнение? — тихо сказал я.

Громкие голоса Рябушинских тут же смолкли. Дед вполоборота развернулся ко мне.

— Говори, Федор, — он хлопнул меня по плечу.

— То, что увезла с собой Елизавета Павловна и вы ей решили эти деньги простить, посчитав приданым — это ваше семейное право и ваши семейные дела, — начал я издалека. — Но вот те деньги, которые вы, Иван Васильевич, взяли в качестве приданого, действительно необходимо компенсировать. Акции банка братьев Рябушинских, которые попали к вам, так понимаю, вы из рук не выпустите?

Дед кивнул, соглашаясь, а его брат Константин Иванович, хохотнул.

— У меня есть встречное предложение, — я замолчал и пристально взглянул на старшего Рябушинского — Павла Павловича. — Мы сейчас вкладываем большие деньги в железнодорожное строительство. Дело прибыльное, но дорогостоящее. Правительство добавляет средства и поддерживает всячески, однако основная финансовая нагрузка ложится на акционеров и банки. Насколько я знаю, у вас интересов в этом деле нет.

— Как нет? — возразил Владимир Рябушинский. — У нас всегда есть интерес к делам, которые возможно принесут хорошую прибыль.

— Но акций акционерного общества «Алтайские железные дороги» у вас нет? — скорее констатируя факт, чем спрашивая, заявил я.

Старший Рябушинский нахмурился, а Сергей, второй по старшинству брат, ответил:

— Мы ж только недавно основали наш банкирский дом, и не можем сразу охватить все.