— Гриш, ты куда?

— Проверить надо, — бросил он, не оборачиваясь. — Склон там положе, и порода будто перемята. Если вода тут ходы точила, вход где-то в таком месте и должен быть.

Я вздохнул, спешился и повёл Буряточку следом. Подъём и впрямь оказался не крутым, но каменистым. Лошади ступали осторожно, то и дело всхрапывали. Минут через десять мы добрались до места, что приметил Григорий.

За кустами багульника, почти скрытая нависающим уступом, чернела расщелина. Узкая, не больше полутора метров в ширину, но достаточно высокая, чтобы человек мог войти без пригибания. Края её были неровными, словно известняк здесь когда-то раскололся, а потом вода и ветер довершили дело.

— Гриша, — выдохнул я. — Ты глянь.

Он уже стоял у входа. Достал фонарь, чиркнул огнивом. Свет выхватил каменные стены, уходящие вглубь.

— Вроде она, — сказал он негромко.

— Знаешь что, не торопись. Давай чайку выпьем.

— Ты с ума сошёл? — изумился Гришка.

— Помнишь, как Алексей Алексеевич наш из окна вывалился, а потом вы с ним молодецкой грудью по пуле поймали? И ничего, ходили потом, прыгали? — напомнил я.

— Это всё сливан твой, — понял Григорий. — Ты всё-таки колдун…

В этот раз чай мы приготовили быстро, стараясь не привлекать лишнего внимания и укрыв слабый огонь за камнями. Я растолок чай в котелке, пока Гриша разводил костер. Найти ручеёк в предгорье и вовсе труда не составило. Потом я ссыпал чай в деревянную миску, поставил на огонь котелок и высыпал туда муку.

Только после того как мука обжарилась до плотных комочков, я засыпал чай. Залили воду, бросили внутрь каймак. Он начал растворяться в кипятке, насыщая чай своим чуть кислым молочным ароматом. Я провалился в видение с танцующей шаманкой всего на пару мгновений, но и этого хватило.

Мука в походном варианте заменила нам сытную основу блюда. Вместо взбитого молока был каймак. Я попробовал получившийся сливан и добавил маленькую щепотку соли.

Получившийся гуранский чай распили быстро и с удовольствием.

Гриша первым исчез в пещере, а я последовал за ним. Он поднял повыше фонарь и достал шашку, а я вытащил из кобуры револьвер. Я не спелеолог, конечно, но, судя по всему, пещера была естественной. Никаких подпорок под потолком и никаких следов выработки руды или того, что добывали каторжане в этих краях.

Мы прошли по туннелю метров десять, потом он резко завернул в сторону. Нам открылась большая пещера с высоким потолком. В центре её лежали кости. Теперь мы спокойно могли развернуться, так что вдвоём с Гришей подошли поближе, чтобы разглядеть содержимое пещеры. Кости, слава Богу, принадлежали животным. Я точно заметил один большой медвежий череп. Гриша, казалось, был разочарован.