— Что ж, — сказала я, решив не углубляться в эту тему. — Теперь нам придётся часто видеться на собраниях гильдии. Надеюсь, это не будет… неловко.

— Не будет, если ты не захочешь, — мягко ответил он. — Лесса, я знаю, что причинил тебе боль. И я не ожидаю, что ты простишь меня сразу. Но, может быть, со временем…

— Тобиас, — прервала я его, — сейчас не время и не место для таких разговоров. Давай просто… будем коллегами по гильдии. Хорошо?

Он кивнул с лёгкой грустью в глазах.

— Как пожелаешь. Но знай, что я всегда готов помочь, если тебе понадобится что-то в гильдии или… что угодно.

С этими словами он откланялся и отошёл к группе молодых гильдейцев, оставив меня в смешанных чувствах.

Возвращалась домой я поздно вечером в сопровождении Марка, который настоял на том, чтобы проводить меня. Улицы Мареля были тихими и тёмными, только редкие фонари освещали наш путь.

— Как всё прошло? — спросил Марк. — Судя по вашему сияющему лицу, успешно.

— Более чем успешно, — улыбнулась я, приподнимая лацкан жакета, чтобы показать новенькую эмблему гильдии. — Я принята единогласным решением. А ужин был признан лучшим за последние годы.

— Я и не сомневался, — тепло сказал он. — Вы удивительная женщина, Лесса. То, что вы сделали за эти недели… многие не смогли бы сделать и за годы.

В его голосе было столько искреннего восхищения, что я почувствовала, как внутри разливается тепло. С Марком всегда было так легко и просто — никаких игр, никаких скрытых мотивов, только честность и прямота.

— Я бы не справилась без вашей помощи, — искренне сказала я. — Без вас, без Анны, без всех рыбаков, которые поверили в меня. Это наш общий успех.

— Наш, — эхом отозвался Марк. — Звучит… правильно.

Мы шли молча некоторое время, наслаждаясь тишиной и умиротворением ночи после столь насыщенного дня.

— Лесса, — наконец произнёс Марк, и в его голосе я услышала непривычную нерешительность. — Мне кажется, или… там был Тобиас? Я видел, как вы разговаривали.

— Да, был, — подтвердила я. — Его отец — глава гильдии. Тобиас тоже один из членов.

— И… что он хотел? — осторожно спросил Марк.

— Поздравить со вступлением. И, кажется, снова намекал на возобновление наших отношений.

— А вы… хотите этого? — В его голосе явно слышалось напряжение.

Я остановилась и повернулась к нему лицом. В тусклом свете уличного фонаря его черты казались резче, а глаза — глубже и темнее.

— Нет, — твёрдо ответила я. — То, что связывало меня с Тобиасом, осталось в прошлом. Я изменилась. Он изменился. Мы больше не те люди, что были прежде.

Я видела, как плечи Марка заметно расслабились, а на лице мелькнула едва заметная улыбка.