— Как мы его назовём? — спросил Марк, когда мы обсуждали детали будущего заведения. — «Рыбная лавка Хенли» уже не подходит.
Я задумалась, а потом рассмеялась:
— А почему бы не «Лещ»?
— «Леща, Ваша Светлость?», — торжественно произнёс Марк, словно объявляя название королевского дворца. — Звучит достойно. И напоминает о том дне, когда ты встала против олдермена.
— Пусть будет так, — кивнула я. — «Леща, Ваша Светлость?» — место, где каждый посетитель почувствует себя особенным.
Вечером, стоя у окна и глядя на засыпающий Марель, я думала о том, как странно всё сложилось. Я пришла в этот мир случайно, через трагедию и боль, но нашла здесь то, чего не хватало мне всю жизнь — настоящий дом, настоящую любовь, настоящее признание.
«Спасибо тебе, — мысленно обратилась я к настоящей Лессе, чья душа, возможно, всё ещё была где-то рядом. — Спасибо за этот шанс. За этот новый берег, к которому привела меня судьба».
И мне показалось, что в шуме прибоя за окном послышался тихий девичий смех — словно Лесса отвечала мне, что всё правильно, всё так, как должно быть.
Глава 20
После падения олдермена Моргана жизнь в Мареле изменилась до неузнаваемости. Словно тяжёлое покрывало, давившее на город десятилетиями, внезапно сдёрнули, и все вздохнули полной грудью. На улицах стало оживлённее, люди улыбались чаще, а в разговорах мелькали слова «возможности», «свобода», «будущее».
Организация нашего кооператива шла полным ходом. После официальной регистрации в городской канцелярии к нам потянулись не только рыбаки и мелкие торговцы, но и ремесленники, пекари, виноделы — все, кто раньше страдал от монополии и несправедливых порядков Моргана. За месяц число участников выросло с первоначальных пятнадцати до сорока семи, и это было только начало.
— Если так пойдёт дальше, нам понадобится собственное здание для собраний, — заметил Марк во время нашей встречи с основателями кооператива. — В пекарне Освальда мы скоро просто не поместимся.
— Можно арендовать зал в гильдии торговцев, — предложил Гидеон. — Теперь, когда Тордон исполняет обязанности олдермена и благоволит к нам, это не составит труда.
Я задумалась. Гильдия торговцев всегда была оплотом богатых и влиятельных горожан. Собрания кооператива под их крышей могли создать впечатление, что мы просто смещаем центр власти от одной группы к другой, а не создаём что-то принципиально новое.
— А что если нам выкупить склад у южной пристани? — предложила я. — Тот, что раньше принадлежал Родерику, но был конфискован после выявления контрабанды. Насколько я знаю, он сейчас выставлен на торги.