Стелла — «своя».
Дочка близких друзей… что там еще в арсенале? Диплом французской Сорбонны. Стелла именитый архитектор, чьи работы презентуют в различных столицах мира и кого приглашают к сотрудничеству крупные предприятия.
Длинноногая блондинка, высокомерная, красивая, как картинка. Манерная, такая, за которую не стыдно. Которая должна была, но… случилась я.
Деревенская Сашка-лимитчица. Не блондинка и даже совсем не длинноногая. Нормальная, обычная женщина.
Стелла должна была выйти замуж за Костика. Так решили его родители. Мысль об этой Стелле всегда будто возникает в воздухе, едва только я вижу Иду Адамовну.
— И вам доброе утро, — складываю руки на груди.
Свекровь, как всегда, при параде, не то что я — спортивные штаны да футболка.
И конечно, она знает. Она всегда и все знает, у нее есть уши даже, кажется, в дырке туалета.
— Я была уверена, что однажды ваш брак развалится, — произносит беззлобно.
Она вообще все говорит беззлобно, безэмоционально в принципе, просто слова бьют похлеще кнутов.
— Вот как?
— Да. Александра, несмотря на твои… — подбирает слова, — стремления, ты все-таки из другого теста, понимаешь? Костя воспитан иначе, чем ты. Я даже удивлена, что вы так долго прожили вместе. Я давала вашему браку максимум пять лет.
— Вина в том, что брак развалился, не в моей невежественности, Ида Адамовна, а в том, что ваш сын не может держать в узде свои сексуальные желания.
Оскорбляется.
— Он мужчина, Александра. А ты что, хотела, чтобы он до конца жизни тебе в рот заглядывал?
— Я хотела не так уж и много — уважения. Если уж подобное произошло, если факт измены налицо, можно было прийти ко мне с этой правдой, и мы бы разошлись по-человечески. А вместо этого Костя лишил меня заработанных средств и пытается отобрать сына.
Я не жалуюсь, нет. Знаю, что помощи не получу. Единственное, чего я хочу, — чтобы она посмотрела на сына под другим углом и увидела его истинное лицо.
— Федор взрослый парень и наверняка примет взвешенное решение относительно того, с кем быть. Насчет денег… стартовый капитал нашел Костя, через несколько лет мы добавили финансов на расширение бизнеса, с определенными условиями, которые не касались тебя, так что не понимаю, что тебя столь сильно удивляет. Твоего ничего там нет.
Открываю рот.
И тут же закрываю. Смотрю внимательно на женщину.
— Меня удивляет наглость вашей семьи, — хмыкаю безрадостно.
Смысла спорить с ней нет.
— А меня удивляет твоя наглость, Александра! — выгибает аккуратную бровь. — Пришла на все готовое и еще кусок урвать хочешь!
Возникает желание грязно выругаться. Так, чтобы у свекрови уши в трубочку свернулись.