Но Панкрат не проклял.

Панкрат, которого боялась вся деревня, вытянулся перед окровавленным пришельцем, как солдат перед воеводой.

— Готово, — голос священника был хриплым от напряжения. — Спирт на грани, жир как слеза. Ждали тебя.

Анисим моргнул. Потом ещё раз. Мир перевернулся и никак не хотел вставать на место.

Существо шагнуло внутрь, и Анисим убедился наконец, что это человек. Тот самый боярин, который приходил днём, говорил странные слова и заставлял Панкрата плясать под свою дудку. Только теперь он выглядел так, будто вернулся из самого пекла.

— Мальчишка? — Веверин бросил взгляд на лавку.

— Плох, — коротко ответил Панкрат. — Почти ушёл. Я начал отходную.

— Отставить отходную.

Веверин пересёк просвирню в три шага. На ходу он небрежно, швырнул окровавленный чекан в тот самый угол, где ждала Она.

Железо звякнуло о каменный пол.

И Анисим увидел как тень отшатнулась. Она не исчезла, нет, но отступила, вжалась в стену. Будто окровавленный металл обжёг её, а само присутствие этого человека было для неё как святая вода для беса.

— Ярик, — Веверин уже стоял над мальчишкой, срывая с себя плащ. — Займись ранеными. Отче, дай ему чистые тряпки и свой травяной настой.

Светловолосый — Ярик, княжич, Анисим вспомнил — кивнул и потащил раненых к дальней стене. Панкрат молча сунул ему в руки какие-то склянки и мотки холстины.

А Веверин уже не обращал на них внимания. Он склонился над Мишкой. Его окровавленные пальцы легли на синюшную шею мальчишки.

— Жив, — выдохнул Веверин. — Еле-еле, но жив. Анисим!

Пропойца вздрогнул так, что чуть не опрокинулся.

— Я! Тут я!

— К мехам. Раздувай огонь под кубом. Мне нужен пар сейчас.

Анисим бросился к кубу на негнущихся ногах. Он схватил меха и начал качать. Угли в топке вспыхнули ярче.

Веверин выпрямился и обвёл просвирню взглядом. В свете пламени его лицо было страшным — кровь засохла коркой на скулах, глаза запали. Но страшнее всего была его уверенность. Он пришёл воевать.

— Мох, — Веверин вытащил из-за пазухи холщовый мешок. — Живица, — второй мешок лёг на стол. — Отче, горшок с решёткой готов?

— Готов, — Панкрат шагнул к столу. — Пар держит, стыки не сопливят. Делай своё дело, боярин.

Веверин кивнул и начал развязывать мешок с мхом.

Анисим качал меха и смотрел, как этот человек берёт власть в свои руки, а огромный Панкрат подчиняется ему без слов и даже тьма в углу жмётся к стене, не смея приблизиться.

И Анисиму стало страшно по-другому. Не за себя — за тех, кто встанет на пути этого человека.

Потому что Веверин не был демоном. Он был тем, кто пришёл демонов убивать.