— Гадать смысла нет, — сказал посадник. — Поехали смотреть. Ратибор, твои люди — как действуем?

Воевода кивнул и начал отдавать приказы. Отряд разделился: одна группа к мельнице в лоб, две обойдут с флангов, отрежут пути отхода. Действовать быстро, по возможности тихо.

Мы тронулись, и вскоре из-за холма показалась Бобровка.

Она оказалась именно такой, как описывали дозорные — десяток дворов, разбросанных по склону холма, дым из труб, собаки, которые лениво брехали на чужаков, но из-за заборов не высовывались.

Мы проехали деревню насквозь, не останавливаясь. Местные провожали нас настороженными взглядами. Другие наши парни обходили мельницу, отсекая пути возможного побега.

Мельница стояла на отшибе, за пологим холмом. Старое здание из потемневших брёвен, крыша просела с одного края, крылья давно не крутились — одно и вовсе висело криво, того и гляди отвалится. Окна смотрели на нас тёмными провалами.

Ратибор поднял руку, и отряд остановился.

— Точно никаких признаков не заметили? — спросил он у дозорного.

— Нет. Даже дымка не было.

— Может, ушёл, — буркнул Ломов. — Гадаем тут как дураки, а его уже и след простыл.

— А может, затаился и ждёт, пока мы уедем, — возразил Ратибор. — Проверим. Если кто попробует выскочить — брать живьём. Княжич, боярин Веверин, вы со мной.

Отряд разделился, выстроившись цепью. Я спешился и пошёл за Ратибором, на ходу проверяя чекан. Ярослав шагал рядом, и по его лицу было видно, что он наслаждается моментом.

Мы подошли к мельнице со стороны главного входа. Дверь была закрыта, но не заперта — просто прикрыта, и ветер слегка покачивал её на петлях. Ратибор жестом приказал всем замереть. Прислушался.

Тишина. Только ветер посвистывал в щелях.

Воевода кивнул двоим дружинникам. Те шагнули вперёд, один ударил ногой в дверь, и она распахнулась с протяжным скрипом. Оба тут же нырнули внутрь, за ними ещё двое, потом Ратибор, потом мы с Яриком.

Внутри было темно и пахло сыростью и пылью. Я моргнул, давая глазам привыкнуть к полумраку. Постепенно из темноты проступили очертания: большое помещение, в углу — жернова, давно не работавшие. Вдоль стен — какие-то мешки, бочки, хлам.

И никого.

— Никого! — крикнул кто-то сверху, с лестницы на второй этаж.

— Тоже! — отозвались со стороны погрузочной двери.

Ратибор опустил меч и огляделся.

— Ушёл, — констатировал он. — Давно или недавно — вопрос.

Посадник вошёл следом, остановился посреди помещения, оглядываясь. Лицо у него было мрачным.

— Опередили нас, значит, — сказал он тихо. — Кто-то успел предупредить.

— Может, и нет, — я подошёл к столу, который стоял у стены. — Может, он ушёл ещё раньше.