Сборы заняли полчаса.

Тара настояла, чтобы я спрятала деньги под одежду, на шнурке у самой кожи.

— В столице, — сказала она, затягивая узел, — воры работают так быстро, что ты не заметишь, как кошелёк исчезнет. Видела я таких. В толпе прижимаются, отвлекают разговором, а руки уже в твоих карманах.

— Откуда такой опыт?

— Жизнь научила. — Она не стала уточнять, и я не стала спрашивать.

Лукас получил строгие инструкции: держаться рядом, не убегать, не разговаривать с незнакомцами.

Мы вышли из башни в яркое утро. После вчерашней серости небо казалось неправдоподобно голубым, словно его отмыли за ночь. Солнце грело, птицы пели где-то в ветвях старого дуба у ворот. Почти идиллия, если не замечать обшарпанных стен, заросшего двора и общего ощущения запустения.

Дорога до рынка заняла почти час. Мы шли пешком, карету нанимать было бы глупо, да и денег жалко. Улицы Вингарда постепенно менялись вокруг нас: сначала узкие, тёмные переулки бедного квартала, потом шире, светлее, богаче. Дома росли вверх, обрастали балконами и лепниной.

Лукас крутил головой во все стороны, пытаясь увидеть всё сразу.

— Смотри, карета! С золотыми ручками!

— Вижу.

— А там фонтан! Настоящий!

— Угу.

— А вон тот дом — он что, из мрамора? Целиком⁈

— Похоже на то.

— Ух ты…

Его восторг был искренним и немного болезненным. Я вспомнила, откуда он — из маленькой деревни на окраине королевства, где самым большим зданием была, наверное, церковь. Для него всё это — дворцы, фонтаны, кареты — было как сказка. Волшебная, невозможная сказка.

Рынок открылся внезапно, мы свернули за угол, и он обрушился на нас всей своей мощью.

«Серебряные ряды» — так он назывался, если верить вывеске над главными воротами. Название врало безбожно: ничего серебряного здесь не было. Только бесконечные ряды прилавков под полосатыми навесами: красными, синими, жёлтыми, зелёными. Толпы людей, текущие между рядами, как реки между берегами. Запахи — сотни запахов, смешивающихся в одуряющий коктейль: жареное мясо, специи, свежий хлеб, рыба, цветы, навоз, пот, духи. И крики — крики торговцев, сливающиеся в непрерывный гул, из которого время от времени вырывались отдельные фразы:

— Свежая рыба! Рыба с Северного моря! Только сегодня утром из воды!

— Ткани! Шёлк из Восточных земель! Бархат, атлас, парча! Для настоящих леди!

— Амулеты! Настоящие амулеты, заряженные магами третьего круга! Защита от сглаза, порчи, плохих снов, неверных мужей!

В прошлой жизни я бывала на Черкизовском рынке. Один раз, по молодости и глупости. Думала, что знаю, что такое хаос.

Черкизон был тихой библиотекой по сравнению с этим.