Жар бросился мне в лицо. Руки сами собой сжались в кулаки.

— Мне не нужны булавки, — сказала я, и голос звучал ровно, хотя внутри всё кипело. — Мне нужна медная проволока для создания тонких механизмов. Латунь для корпусов. Стальные пружины с высоким коэффициентом упругости. И часовые шестерёнки — набор разных размеров.

Мужчина уставился на меня, как на говорящую кошку.

— Часовые шестерёнки, — повторил он медленно. — Вы хотите часовые шестерёнки.

— Да. Из хорошей стали, без ржавчины и заусенцев.

Пауза. Он переводил взгляд с меня на Тару, на Лукаса, снова на меня, словно пытался понять, не розыгрыш ли это.

— Послушайте, милочка, — начал он, и от слова «милочка» меня передёрнуло. — Я не знаю, какой шутник вас подослал. Может, подмастерье из соседней мастерской решил посмеяться над старым Гильбертом. Но мне некогда играть в игры. У меня заказы. Так что если вам нечего покупать — дверь там же, где была.

Я открыла рот, чтобы ответить — резко, зло, так, чтобы этот надутый индюк понял, с кем разговаривает, — но Тара меня опередила.

— Эй, толстяк.

Её голос прозвучал негромко. Почти мягко. Но от него почему-то зазвенели инструменты на полках или мне показалось.

Гильберт повернулся к ней.

И побледнел.

Тара стояла в дверном проёме. В полумраке лавки её зелёная кожа казалась почти чёрной, а клыки длиннее и острее, чем были на самом деле. Она улыбалась.

Улыбка орка — это особое искусство. Что-то среднее между «рада тебя видеть» и «прикидываю, с какой стороны начать тебя есть».

— Ты разговариваешь с мастером! Техномагом, которого лично пригласил Совет Магов. С человеком, у которого охранная грамота за подписью архимага.

Я промолчала. Никакой охранной грамоты у меня не было, но Тара знала, что делала.

— Техномаг? Разве их не всех казнили? — протянул Гилберт, недоверчиво на меня посмотрев.

— Не всех, как видишь. И у меня заказ от Совета Магов, и если тебе не нужны проблемы, собери всё по этому списку. — подхватила я, протягивая ему бумагу.

Он взял список. Глаза забегали по строчкам.

— Это… это серьёзный заказ, — пробормотал он. — Часовые шестерёнки, пружины калибра два, медная проволока… Такое нужно заказывать у гномов. У меня есть немного в запасах, но…

— Сколько?

— Что — сколько?

— Сколько стоит всё из списка?

Он снова уткнулся в бумагу. Пошевелил губами, считая.

— Если всё, что здесь указано… золотых тридцать. Может, тридцать пять.

— Двадцать, — сказала Тара.

Гильберт поперхнулся воздухом.

— Что⁈

— Двадцать золотых за всё. Это честная цена.

— Но это же грабёж! Я разорюсь!

— Двадцать два, — сказала я. — Последнее предложение. С бесплатной доставкой. Сегодня до вечера.