— Мы будем обсуждать скучные взрослые вещи. Деньги, покупки, планы. Тебе будет неинтересно.
— Интересно!
— Лукас.
Он тяжело и трагически вздохнул, как умеют только дети. Так, словно его лишили самой важной вещи в мире.
— Ладно, — сдался он. — Но завтра вы возьмёте меня на рынок? Обещаете? Я никогда не был на настоящем столичном рынке!
— Обещаю, — сказала я. — А теперь спать.
Он кивнул, удовлетворённый, и поплёлся к своему матрасу. А через минуту оттуда донеслось ровное сопение.
Тара проводила его взглядом. В её глазах было что-то мягкое, то, чего она никогда не показывала на людях.
— Хороший мальчишка, — сказала она тихо. — Сильный. После всего, что с ним случилось…
— Да, — согласилась я. — Хороший.
Мы помолчали, глядя в огонь. За окнами темнело. Башня скрипела и вздыхала вокруг нас, как старый корабль в штиль. Где-то капала вода, наверное, снова проблемы с водопроводом.
— Этот Корвин, — заговорила Тара, с беспокойством на меня посмотрев. — Он меня беспокоит больше всех. Двести лет и всё ещё жив. Всё ещё в Совете. Всё ещё у власти.
— Сорен сказал, он сильнее всех остальных архимагов вместе взятых. Если бы они попытались выступить против него — проиграли бы.
— Тогда почему он не главный? Почему сидит и смотрит, пока другие командуют?
Хороший вопрос. Я и сама об этом думала всю дорогу домой.
— Не знаю. Может, не хочет. Может, ему удобнее в тени. Легче двигать фигуры, когда никто не смотрит на тебя.
— Или он играет в долгую игру, — Тара прищурилась. — Двести лет — это очень много времени. Можно выстроить такую паутину интриг, что никто не заметит, пока не окажется в ловушке.
— Ты думаешь, он опасен?
— Я думаю, — медленно сказала Тара, — что любой, кто прожил двести лет в мире магов и политиков, опасен по определению. Выжить так долго — это уже достижение. Остаться у власти — ещё большее.
Она помолчала, глядя в огонь.
— Но это не значит, что он враг. Просто… будь осторожна. С ним особенно. Не верь ему на слово. Смотри на то, что он делает, а не на то, что говорит.
— Буду…
Глава 6
Пробуждение было оглушающим. Я проснулась от грохота и еще до конца не проснувшись, уже была на ногах, держа в руке полено.
— Что⁈ Кто⁈ — рявкнула Тара, тоже вскакивая. Волосы торчали в разные стороны. В её руке блеснул нож.
— Это я! — виноватый голос Лукаса откуда-то из глубины дома. — Я случайно! Котелок упал!
Мы с Тарой переглянулись. Орчанка медленно опустила нож, выдохнула сквозь зубы что-то на родном языке, наверняка не самое приличное.
— Мелкий, — процедила она. — Я чуть не окочурилась.
— Ты? — хмыкнула я, уже направляясь к кухне, откуда доносился жалобный голос мальчика: