— Ух ты, — выдохнул Лукас. — Это он видит?
— Тише, — я прижала раструб к уху. Шорох, обрывки голосов, цокот копыт. Звуки города, пойманные крошечным механизмом.
На экране мелькнул тёмный плащ. Женщина. Паук не отставал, держась в тени, под стенами, за бочками и ящиками. Она шла быстро, не оглядываясь, петляла по переулкам, сворачивала в проходные дворы. Явно проверяла, нет ли слежки. Но паука не замечала — слишком мал, слишком неприметен.
Мы следили почти час. Изображение на пластине то пропадало, то возвращалось, когда паук оказывался слишком далеко или нырял в густую тень. Женщина уходила всё дальше от центра, в кварталы победнее, где дома стояли теснее, а улицы были уже и грязнее.
Наконец, картинка замерла. Двухэтажный дом на окраине, обшарпанные стены, покосившееся крыльцо. Женщина оглянулась по сторонам, и на мгновение я увидела её лицо — худое, немолодое, с глубоко посаженными глазами. Потом она скрылась внутри, и дверь захлопнулась.
Паук замер в тени напротив. Изображение на экране застыло: закрытая дверь, пыльная улица, ничего интересного.
Я отложила раструб и потёрла виски. Голова гудела от напряжения.
— Нашёл, — сказала я. — Дом на окраине, в бедном квартале. Она там.
— И что теперь? — Тара скрестила руки на груди.
— Теперь он будет наблюдать. Я оставлю его там на несколько дней. Пусть смотрит, кто приходит и уходит. Слушает, если сможет подобраться ближе к окнам. А мы будем проверять экран и ждать.
Тара хмыкнула.
— Шпионы, интриги, слежка. Прямо как в сказках про королевский двор.
— Это и есть королевский двор, — я невесело усмехнулась. — Только вместо принцев и принцесс здесь архимаги и техномаги. А ставки куда выше, чем в сказках.
Где-то на окраине Вингарда мой маленький шпион сидел в тени чужого дома и смотрел на закрытую дверь красными глазами. Первый разведчик в игре, правил которой я пока не знала.
Глава 10
Утро выдалось суматошным. Мы едва успели сесть за стол, когда в дверь забарабанили так, что задребезжали оконные стёкла. Тара вскочила первой, Лукас, спрыгнув с табурета, схватил нож и сдвинул брови к переносице. Я фыркнула — такой суровый вид был у мальчишки — поднялась следом, и мы втроём двинулись к двери. Паук-телохранитель засеменил за нами, цокая лапками по камню.
За порогом обнаружился приземистый мужичок в кожаном фартуке, с красным от натуги лицом. За его спиной двое парней помоложе тащили что-то громоздкое, замотанное в рогожу.
— Доставка для госпожи Тары, — прохрипел мужичок, утирая лоб рукавом. — Мебель. Куда заносить?
Я обернулась к орчанке.