— А как планируете ударить по штабу?

— А вот так, — Бирюков ткнул пальцем в карту. — Немцы штаб в лесу спрятали, хотя леса там густые, и гады их боятся, вглубь не суются. Мы выйдем из чащи ночью, с двух сторон. Танки пустим по дороге, чтобы прибыли быстрее к штабу. А основные силы двинутся пешком, через болота, в обход. Ударим по складам, связистам и кухням. Гудериан без связи и без еды долго не протянет.

Мехлис слушал внимательно, не перебивая. Потом кивнул.

— Хороший план, — одобрил он. — Что нужно?

— Связь нужна, товарищ комиссар. Рация старая, на ладан дышит. И с боеприпасами тоже напряженно. Патронов мало, гранат мало. И если можно — минометов бы десяток, мы бы их в болотах так спрятали, что никто не найдет.

Армейский комиссар 1-го ранга повернулся к адъютанту, сказал:

— Запишите. Майору Бирюкову передать десять минометов с расчетами, пятьдесят тысяч патронов, тысячу гранат, четыре радиостанции с питанием. Доставить сегодня ночью, самолетами «У-2», на площадку, которую укажет товарищ Бирюков.

Адъютант застрочил в блокноте. Майор просиял.

— Вот за это спасибо, товарищ армейский комиссар 1-го ранга! — воскликнул он. — Век не забуду!

— Ты не слишком переигрывай, Бирюков, — усмехнулся Мехлис. — Думаешь, бороду отрастил, так Сусаниным заделался… Приступайте к выполнению поставленных командованием задач. Время не ждет. До рассвета осталось меньше семи часов.

Токио, Императорский дворец. 22 июля 1941 года

Генерал-майор Катаяма стоял у окна в небольшой комнате, примыкающей к личным покоям императора. За окном шумел ночной Токио — редкие огни, далекие гудки автомобилей, тишина, которая бывает только в больших городах глубокой ночью.

Однако старый самурай не смотрел на город. Он смотрел на свое отражение в темном стекле и видел там человека, который через несколько часов либо изменит историю, либо умрет, как положено мужчине его рода.

— Все готово, господин генерал-майор, — доложил адъютант. — Полк императорской гвардии ждет вашего сигнала. Офицеры в ключевых гарнизонах предупреждены.Капитан Ватанабэ с группой захвата блокировал здание Кэмпэйтай и резиденцию премьер-министра.

Катаяма кивнул, не оборачиваясь.

— Тодзё еще в своей резиденции?

— Да. По нашим данным, он работает с документами. Охрана — двадцать человек. Ватанабэ обещает справиться без лишнего шума.

— Хорошо. Передайте ему, чтобы никакой стрельбы без крайней необходимости. Тодзё должен быть взят живым. Он нужен нам для суда.

Адъютант исчез. Генерал-майор еще минуту постоял у окна, потом повернулся и вышел в коридор. Длинные переходы императорского дворца, освещенные тусклыми фонарями, вели к покоям Сына Неба.