Большинство приземлилось удачно, сразу занимая оборону, собираясь в группы, начиная действовать. Генерал-майор Жадов, хоть и не обязан был этого делать, прыгнул один из первых. Приземлившись на лесную поляну, стал принимать доклады от командиров групп.

— Первая группа села нормально, потери небольшие, — доложил по рации капитан Сидорчук.

— Попали под пулеметный огонь, товарищ генерал-майор, — откликнулся командир второй группы старший лейтенант Медведев. — Есть убитые, но основная масса в порядке.

— Третья группа села точно в указанный район, — молодцевато доложил старший лейтенант Лордкипанидзе. — Перекрываем дорогу на юг.

— Хорошо, товарищи, приступайте к выполнению следующих задач, — заговорил Жадов в микрофон. — Первой группе приказываю блокировать дороги на Барановичи. Вторая должна уничтожить артиллерию. Третьей предписываю держать переправы. Жду докладов о выполнении.

Пока десантники выходили на исходные, командир партизанского соединения майор НКГБ Бирюков, прижимаясь к земле, полз по мокрой траве. За ним залегли патизаны из ударной группы, ожидая сигнала к атаке.

Впереди, метрах в ста, виднелись палатки немецкого штаба, несколько больших автобусов, антенны, охрана. Часовые стояли редко, нервно озираясь на дым и стрельбу, доносившуюся со всех сторон.

— Товарищ командир, — прошептал рядом один из партизан. — Танки готовы. Сигнала ждут.

— Рано, — отрезал Бирюков. — Пусть десантники шуму наделают, тогда и ударим. А пока ждем.

Сзади, из глубины леса, донесся нарастающий гул моторов. Это десантники генерала-майора Жадова, захватит трофейные машины, начали атаку на немецкие позиции. Пулеметные очереди, взрывы гранат, крики — все эти звуки смешались в единый гул боя.

— Теперь пора, — Бирюков поднялся, махнул рукой. — Давай, ребята! За мной!

Партизаны выскочили из леса с двух сторон. Впереди, на дороге, взревели моторами две «тридцатьчетверки». Они шли прямо на штабные автобусы, стреляя из пулеметов, давя грузовики, сея панику.

Немецкая охрана заметалась. Одни побежали навстречу партизанам, другие — от танков, третьи просто падали на землю, закрывая головы руками. Бирюков бежал впереди, стреляя короткими очередями из автомата. Рядом рвались гранаты, падали люди — и свои, и чужие.

Через пятнадцать минут все было кончено. Штабные автобусы горели, сорванные антенны болтались на ветках, трупы немецких офицеров валялись вокруг. Бирюков, тяжело дыша, остановился у одного из автобусов, вытер пот с лица.

— Товарищ командир, — обратился к нему командир одного из отрядов, — взяли трофеи! Карты, документы, рация — все целое!