Картинка меняется, и вот я уже хочу разбить стекло, матовое, за которым силуэт женщины. И тут же меня отбрасывает волной жара…

И над всем этим звон колокольчика, тихий, мелодичный, но душа отзывается на этот звон злостью…

Проснулся, как от толчка. Долго лежал в кровати и думал. Все-таки в тайге и в горах все намного честнее. Там ты один на один с природой, и никакой фальши вокруг.

Сел, опустил ноги на пол. Светает. Ладно, бог с ней, с этой Рябушинской, в любом случае надо сначала переговорить с дедом. Вскочил с кровати, быстро сполоснулся и к Волчку. Утренняя свежесть прогнала дурные предчувствия, молодой организм требовал нагрузок и я несся к пруду, словно на крыльях.

По предстоящей женитьбе решил пока не переживать, кто знает, как все повернется?

Вернулся в дом. Слуги занимались своими делами, передвигаясь по дому тихими, полусонными тенями. Бабы натирали полы, горничные бегали с метелками, смахивая пыль. Глафира Сергеевна проверяла в столовой серебряные приборы, проверяя, хорошо ли начищены.

Анисим тоже был на ногах. Отметил, что он с каждым днем выглядит все лучше и лучше. Подозреваю, что в первую очередь это заслуга Глафиры Сергеевны.

Дед приехал из Санкт-Петербурга в аккурат к завтраку.

— Ну что, Федор, отличился? — он бросил на стол пачку газет. — Прославился на весь Санкт-Петербург! Давай-ка, почитаем, что пишут?

Он взял первую газету из стопки: «Петербургский листокъ» и прочел:

— Департамент полиции в недоумении: устроили облаву на революционеров и нигилистов, а в сети попалась влюбленная парочка. Причем влюбленные оказались из богатейших фамилий Империи. Мы из соображений скромности не назовем имена влюбленных, но намекнем, что юноша принадлежит к роду из старинных золотопромышленников, а так же владельцев заводов и приисков на Урале и в Сибири. А вот барышня из рода Московских потомственных купцов, меценатов и благотворителей… — дед фыркнул:

— Из соображений скромности, как же. Сразу бы фамилии писали, с такими намеками-то? Да ты читай, Федя, читай.

Я развернул «Санкт-Петербургские ведомости» — газета серьезная и в освещении вчерашнего инцидента обошлась без бульварных намеков.

— Да ты вслух читай, — потребовал дед.

— А что читать? Впрямую пишут о соединении двух крупных капиталов, с обозначением фамилий. Пишут, что оглашение помолвки состоится в ближайшие дни. И очень едко отзываются о работе полицейского департамента и охранки.

— Вот, оглашение. Допрыгался. Мне Елена говорила, что тебя кандидатом на открытое заседание ложи хотели пригласить. И на знакомство я не зря тебе намекал. Алексей Путилов там присутствовал, он до этого намекал, что дочь подрастает, и ты вроде как к тому времени остепенишься. Но как тебя с этой балаболкой в гостиницу занесло? — и дед в раздражении бросил газету на стол.