Это, несомненно, была взятка. Сказал бы мне кто-то ещё хотя бы несколько дней назад, что такое возможно у дварфов, я бы не поверил. Смотритель расчувствовался и повёл нас лично, показывать, где лежат сердца големов.

Это была самая сложная часть. Нам пришлось потратить на путь и поиски часа три, не меньше. Само по себе это было не так тяжело, хотя пришлось много ходить. Ходить мы привыкли. Не привыкли делать это без пива.

Смотритель, добрая борода, изредка давал нам отпить той бурды, которую тут дают по снабжению первой ступени. Ужасная дрянь, но без неё я чувствовал, как проваливаюсь в чёрную меланхолию. Или как это называется: я просто терял всякую мотивацию, внутри будто поселялись пустота и безразличие. Даже если бы стены вокруг начали рушиться из-за того, что я ничего не делаю, я бы и то не смог заставить себя двигаться.

Но Торв держался намного лучше. А без своей воли я легко полагался на его и просто брёл следом, повинуясь его грубым приказам.

Наконец мы нашли нужное. Оно было в нише у потолка прохода, и смотритель пошёл было за стремянкой, а это не меньше получаса пути, но Торв просто схватил меня, поднял, и я увидел их...

Ну, это точно были сердца големов.

Они аккуратно лежали на каменных подставках и были подписаны. Каменный голем, разбит тогда-то и тогда-то, тем-то и тем-то. Голем из панцирей камнежоров. Один из толстошлемников. Все три выглядели одинаково: глубоко синие кристаллы. Очень похожих у нас полно: мы ими слегка освещаем тоннели. Они иногда сами растут на стенах, иногда мы находим их в породе, бывают очень большие, и толстошлемники хорошо растут, когда они их освещают.

Эти были похожи, только более глубокого, насыщенного света.

И рядом ещё один. Непохожий.

Яркий, похожий на яйцо, полупрозрачный драгоценный камень, играющий радужными переливами в свете моего фонаря.

Сердце голема воздуха.

Его я схватил первым и закинул за пазуху, под ворот поддоспешника. А остальные три взял спокойно, не таясь.

Торв опустил меня вниз, и мы пошли обратно.

Когда мы вернулись, нам было очень плохо, и нас пришлось долго отпаивать пивом. Когда мы пришли в норму, все уже давно рассматривали сердца големов.

И они всех разочаровали.

Особенно меня.

Я ожидал найти атомный реактор, а нашёл лампочку. Совершенно очевидно, что дварфы веками экспериментировали со светящимися синим кристаллами. Если бы в них была магия, они бы уже давно это выяснили. И то, что сердца големов выглядят так похоже на эти кристаллы, которые для человека, по сути, так же просты и очевидны, как покатые булыжники, оставшиеся после ледников в рельефе, заставило меня беспокоиться, что моя идея провалилась.