И тот бросил, почти не отрываясь от разговора с кем-то, судя по массивным ключам на поясах, из Хранителей Складов:

— Наконец ты вернулся, Грим. Я дам тебе полсотни короткобородов. Но знай, оружие и...

— И золото, — перебил его Грим.

Дорн запнулся. Внимательно посмотрел на Грима. С искренним удивлением.

— Мне... Нам нужно золото для дела. Я возьмусь за твою просьбу, Дорн Меднорук, но только если ты откроешь свои склады...

В этот раз его перебил уже Дорн:

— Фейтхол дал тебе всё! Ни в чём не знал ты отказа в этих стенах! Пришло время ответить благодарностью на щедрость!

Я хотел было вмешаться, потому что даже мне стало внезапно стыдно и захотелось согласиться. Примитивная манипуляция, которую я слышал не раз. Почти дословно: «Компания дала тебе всё, пришло время отплатить за доверие». Но она хорошо работала, просто тараном проминая неокрепшую дварфийскую психику.

Но не Грима.

— Ты отрицаешь обычаи? — хмыкнул Грим. — Я охотник. Ты должен дать мне всё, что мне может потребоваться. Хочешь сделать меня хирдоводцем, дай мне золото.

Дорн встал из-за стола. Долго буравил Грима хмурым взглядом.

— Я хочу, чтобы ты убрался обратно во тьму, — наконец произнёс он.

— Завтра же, — кивнул Грим, развернулся и пошёл прочь.

Мы за ним.

Честно говоря, алчность, которую я испытываю при виде золота, понятна: я вижу в нём возможности. Но что такое для Дорна кусок золота? Он же наверняка ворочает килограммами. Может, даже десятками. А он даже не спросил: «Сколько?»

После этого разговора мы испытывали приподнятое настроение. Нас не смогло расстроить даже постное лицо Хальда Ключника. Он выделил нам самые дальние палаты, сообщил, что нам закрыт ход из них, то есть никакого Великого Чертога и что снабжение у нас «по первой ступени», и пояснил:

— Это самый твёрдый хлеб и самое жидкое пиво.

Но даже это нас не расстроило. Стур, всегда сдержанный и молчаливый, внезапно выдал, повертев перед Хальдом своим протезом:

— Странное дело, Хальд. Почему Дорна называют Медноруким, если медная рука у меня?

Хальд фыркнул и ушёл подгоняемый нашим смехом.

Вскоре я отправился вглубь Фейтхолла, взяв с собой Торва на случай общения. Он был знаменит, красноречив, для дварфа, разумеется, и в самом деле легко находил подход к людям. И с нами увязался Ниск.

Нам пришлось дважды спрашивать дорогу. Это было тяжело психологически, и без Торва я бы не справился. Склады со всяким хламом располагались очень далеко, в старых выработках. К счастью, Фейтхолл был древен и богат: туда вела каменная дорога с вагонетками.

Всё сложилось хорошо. Прибыв на место, мы обнаружили, что древние склады не заперты. Там не было того, что могло бы соблазнить самого нищего дварфа. Однако они были обширны. К счастью, тут жил смотритель. Он засомневался, есть ли у нас право входить. Но мы объяснили, что мы охотники, и какая мелочь нам нужна. А потом Ниск предложил, и мы слили смотрителю своё пиво.