Я задумчиво осмотрел старейшин. У меня накопился большой опыт общения с уважаемыми людьми. Хар Белобород и Кельд Печать — вот кто принимает решения. Остальные массовка. Разве что к древнему Руну, Хранителю Памяти, они прислушиваются.
— Расскажите же, что сейчас с Эйдскелем, — сказал Рун. — Там, рядом с Улем, будут держать щиты пять десятков наших хеймаров. Торв, Скьель, почему вы тут, а не с ними?
— Я увёл их, — сказал Грим. — Потому что Дорн Меднорук оскорбил меня.
— Вот как, — сказал Рун.
Кельд и Хар переглянулись и словно бы отодвинулись от нас.
— Дорн Меднорук хитёр, подл и проиграет, — сказал я, наблюдая за их реакцией. — Свартскард возьмёт Кхар-Дун.
— Не стоит говорить так об уважаемых дварфах, — наклонился ко мне Кельд.
Я наклонился к нему в ответ, звякнув кольчугой, и с интересом заглянул ему в глаза. Он смутился и отвёл взгляд.
— Каждому дварфу нужно заслужить уважение. А не просто родиться в нужной семье, — неожиданно вставил Ниск.
Все посмотрели на него с удивлением. Я лично потому, что уже забыл, что он рядом. Ниск смутился и опустил нос в кружку.
В общем, беседа не задалась.
Впрочем, у кого как. Я с отцом отошёл на священную половину Великого Чертога, и мы провели прекрасное время до длинного периода сна. Я рассказывал ему разные вещи, что увидел. Он мне — про то, что произошло в Медном Горне за время моего отсутствия. Странное дело, но у него рассказ выходил интереснее.
На следующий день вернулись те, кто относил медные треножники в Эйдскель, и принесли первые новости. Они рассказали, что сами видели со стены, как свартскардцы разобрали стену своего лагеря и выкатили осадные машины. Три большие башни на колёсах и много приспособлений, похожих на проходческие щиты для опасных пород. К несчастью, их, то есть носильщиков, прогнали со стены и отправили домой, потому что они были плохо вооружены. Но это глупость, потому что они бы и своими легкими небоевыми кирками смогли наколотить с десяток свартскардцев, как мы в прошлый раз.
Это были совсем короткобороды.
Я в тот день с утра отправился в мастерскую гравёров и начал показывать им руны. Мне хватило ума не тратить свои силы чтобы пробудить в них магию, но многие пробовали. Конечно, это и близко не было великолепием Раудмаля. В Медном Горне, считая отца, было всего шесть гравёров и столько же подмастерьев, которые сейчас были в Эйдскеле.
Это был хороший день.
Глава 15
Новые новости пришли на следующий день. Они тянулись к нам вместе с носильщиками посообразительнее, которые вдруг поняли, что они лишние в крепости, которую осадили. И хотя Медный Горн находился как бы на отшибе, заметно ниже других крепостей, и обычно тоннели, ведущие к нему, были пустынны, поскольку там ходили только те, кто шёл именно в Медный Горн, сейчас большинство других путей было занято подходящими хеймарами подкреплений и вереницами носильщиков с едой. Поэтому некоторые шли нашими тоннелями.