Первые дни были наполнены напряжённым ожиданием, подошли даже какие-то подкрепления, но... ничего не происходило.

Браск неожиданно обрёл счастье в этой довольно угнетающей обстановке. Он оказался самым квалифицированным механиком. И очень быстро занял место заместителя Грима непосредственно по укреплениям, которые были сделаны хорошо. Но можно же и улучшить. И теперь он командовал, куда камень, куда балки, кому тачки, как сделать рычаги и всё такое.

Стур неожиданно легко стал одним из руководителей, задвинув всех тех, кто был до прибытия нас с Гримом. Отчасти из-за своего протеза. Он не только делал его заметным, но и сама сложность работы и талант мастеров, сделавших его, автоматически внушали уважение. Это как если бы это был айфон, но таких айфонов только один. Стур, впрочем, оказался на месте: всегда немногословный, он стал неожиданно требовательным и ловко тасовал дварфов, будто нутром чуя, кому и что поручить.

Ну, Торв у нас был вроде знамени, штатного шутника и просто души армии.

Одному мне места не нашлось. Хотя я не прав. Едва стало понятно, что немедленного штурма не будет, я вновь углубился в размышления о своих рунах и о том, как же заставить Сердца Големов работать. Поэтому, честно говоря, я большую часть времени проводил в Эйдскеле, разрисовывая столы в Великом Чертоге, стирая, разрисовывая снова. Немного нахватавшись, я уже нутром чуял, что работает, а что нет. И ни одна из рун и близко не просилась на медь. Просто каракули.

Однажды за вечерним пивом, видя мои мучения, возможно, я даже раздосадовался и опустился до жалоб, Торв посоветовал:

– Переночуй у ног Бурдара.

Все засмеялись. Но они недооценили степень моего отчаяния. Именно так я и поступил. Взял у Торва и Стура походные одеяла, свой мешок, устроился у ног статуи бога мастерства. Положил мешок под голову. Но что-то мешало.

Мы вообще спим, положив голову на каменную подставку. Но она изящно сделана, на ней удобно. Привыкнуть просто надо. А тут прямо неудобно. Я полез и нашёл кружку Орма. Переложил всё внутри мешка получше. Посмотрел на статую Бурдара.

Бурдар — бог мастерства и кузнечного дела. Он стоял опираясь на свои аспекты: плавильная печь и форма для отливки. Бурдар — покровитель кузнецов и ремесленников, он вдохновляет на создание непревзойденных изделий, от оружия до доспехов и инструментов. Его аспекты работает только с медью и бронзой. Теперь кажется понимаю, почему. Потому что это реальный бог, который оперирует магией. Я повернулся так, чтобы не видеть скрытый во тьме угол с уткнутой в угол статуей Хецди. Потом наоборот, развернулся так, чтобы видеть. Поворочался немного и уснул.