— Но нельзя делать лучшее в ущерб своим. Это неправильно. И это приводит к последствиям, — продолжил Хродваль.

Он сказал это спокойно. Но как-то так, что сразу становилось ясно, какие последствия он имеет в виду.

Потом Хродваль поставил кружку.

— Эйдскель теперь открыт, — сказал он. — А Медный Горн стоит у дороги. Это хорошее место, чтобы через него ходили товары.

— И войска, — буркнул Стур.

— Войска ходят туда, где умные дварфы не договорились. Такое бывает в двух случаях: если нет умных дварфов или если они не встретились, — пожал плечами Хродваль.

Грим молчал. Я бы не смог. Надо же что-то сказать, а то невежливо. Грим спокойно отпил пива и уставился на Хродваля.

— Все в Озёрной Цитадели знают, что в Медном Горне хорошая медь, — сказал Хродваль. — Чистая. Мало примесей.

Грим кивнул с таким видом, будто он тут всю жизнь жил и именно он медь плавил.

— Вот только у Свартскарда она не хуже, — добавил Хродваль. — А ещё у них много олова.

Он придвинулся к Гриму и сказал уже мягче:

— Свартскарду не нужен ещё один мёртвый хейм. Мёртвый хейм не варит пиво. Не добывает меди. Не покупает железо. Только воняет. Не думай, Грим. Я вернусь и скажу, что видел. Скажу правду. И то, о чём говорит ваш эмиссар, будет принято.

— А о чём он говорит? — спросил Грим.

Хродваль задумался, сведя брови. Явно ища второе дно в словах Грима. Потом его осенила догадка.

— Ты ведь спрашиваешь меня не об этом. Ты спрашиваешь, что я знаю, чтобы я доказал, что тот, кто назвался вашим эмиссаром, действительно говорил со Свартскардом? А я присутствовал при этом разговоре? Ты спрашиваешь об этом? Ваш эмиссар просит отсрочки от зарока на двадцать пять урожаев толстошлемников, чтобы успели подрасти новые хеймары. Или, что вернее, чтобы вы успели собрать попутчиков, которые заменят тех, кого вы решите послать в армию Свартскарда. Видишь, я и в самом деле говорил с вашим старейшиной. Вернее, слышал его слова перед одним из арнаров Свартскарда. И если я хоть немного понимаю в свартскардцах, это дело почти решённое. Разве что потребуется немного серебра. У вас ведь есть серебро? Главное, Грим, чтобы я вернулся и сказал правильные слова.

— Арнар? — Грим пропустил шантаж мимо ушей.

Это было слово, сложенное из названий двух рун. У рун могло быть много значений, в зависимости от ситуации. Например, «ар» значило говорить, камень, высший. Это же означало возвышение в глазах богов и людей. «Нар» — народ, свод, община, и ещё глагол: возводить, фиксировать, сохранять. Тут целый спектр значений. Но людям я бы перевёл этот титул как «Говорящий от всех».