Няня шокированно открывает рот.
— Я обработаю раны сначала Эмиру, потом Вике, — Елена помогает мне подняться, отряхивает от земли, потому что сама я знатно торможу.
— Нет, я поеду домой, спасибо, — как раз мой рабочий день окончен.
— Виктория — в дом! Никто никуда не поедет! — гремит голос Карима. — Кроме Юли. Юлия Леонидовна едет нахрен!
Разворачивается и уходит в дом.
— Мне что, в туалет нельзя отлучиться?! — обиженно поджимает губу девушка.
— Захлопнулась бы ты! — шикает на нее Елена. — Тебя не было пятнадцать минут!
Уводит меня от Юли, которая готова воспламениться здесь и сейчас.
Глава 32
Ася
Виктория
В душе я быстро привожу себя в порядок — смываю грязь, пыль и кровь. Обматываюсь полотенцем и впускаю Елену, которая стоит за дверью.
Она окидывает меня пристальным взглядом.
У меня на теле есть шрамы — на ключице, на плече, животе, бедрах. Где-то их больше, где-то меньше. Я стискиваю сильнее полотенце, отчего-то чувствуя себя неуютно.
Елена Артуровна вопросов не задает, лишь поджимает губы.
— Как Эмир? — спрашиваю я ее.
— С хозяином. Я обработала мальчику раны, там ничего серьезного. Он больше испугался.
— Я тоже за него испугалась, — говорю честно.
— Молодец, что среагировала. Карим Дамирович будет благодарен.
— Да я же не из-за благодарности, — мямлю вяло.
— Поверь, он знает это. Давай сюда руку.
Протягиваю руку Елене, и она обрабатывает ее перекисью, бинтует.
— Забор вроде не был ржавым, — размышляет женщина. — У Эмира стоят прививки от столбняка, а что насчет тебя?
— У меня тоже все в порядке, — вру я.
Не хочу никаких прививок. Да и забор действительно новый, из хорошего металла, нет там никакой ржавчины.
— Хорошо, если так, — отзывается Елена, продолжая заниматься раной.
Когда она заканчивает, я переодеваюсь в свою одежду и, крикнув ей, что побежала, срываюсь прочь.
Мне очень хочется поскорее покинуть этот дом. Сегодня слишком много всего произошло — и слишком откровенные касания Карима, и беда с мальчиком.
Мне нужно вернуться в свой маленький и тихий мирок, чтобы привести себя в порядок.
Домой приезжаю затемно. Переодеваюсь в домашние шорты и футболку, волосы собираю в хвост. Отправляюсь на кухню. Надо бы поесть, но аппетита вообще нет, поэтому достаю ряженку и булочку.
Практически насильно засовываю в себя еду, размышляя о сегодняшнем дне.
Дверной звонок разрезает тишину квартиры, и я дергаюсь.
Ко мне приходит только один человек — Максим.
Иду открывать, громко приговаривая:
— А говорил, что уедешь! Ненадолго же тебя хватило!
Тяну дверь на себя и замираю.
Это явно не Максим.
В коридоре плохое освещение. Я все никак не могу поменять лампочку, а на лестничной клетке ее и вовсе нет, так что я не могу разглядеть выражения лица мужчины.